6951 Цветаева М. Стихи сироте — 1. Ледяная тиара гор…
Ледяная тиара гор – Только бренному лику – рамка. Я сегодня плющу – пробор Провела на граните замка.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Ледяная тиара гор – Только бренному лику – рамка. Я сегодня плющу – пробор Провела на граните замка.
Всплываю на простор сухого океана, И в зелени мой воз ныряет, как ладья, Среди зеленых трав и меж цветов скользя, Минуя острова кораллов из бурьяна.
Да здравствует нежинская бурса! Севрюгин*, Билевич* и Урсо*, Студенты первого курса, И прочие курсы все также.
Но на что твоей матери лампа ночная? Нет, не мучай меня, не терзай ты до слез! Ведь и солнце в дому, и луна молодая… Нет, не мучай меня, не терзай ты до слез!
Страстно рукоплеща Лает и воет чернь. Медленно встав с колен Кланяется Кармен.
Темная сила! Мра-ремесло! Скольких сгубило, Как малых – спасло.
Широкое ложе для всех моих рек – Чужой человек. Прохожий, в которого руки – как в снег Всей жаркостью век
Молюсь звезде моих побед, Алмазу древнего востока, Широкой степи, где мой бред — Езда всегда навстречу рока.
Ну вот и окончена метка, – Прощай, мой веселый поэт! Тебе приглянулась – соседка, А мне приглянулся – сосед.
Ott. 100. Пред рыцарем блестит водами Ручей прозрачнее стекла, Природа милыми цветами
„Я на костре себя сжигаю!“ — И я горю, и в сердце пламень мой! — „Я каждый воскреснуть, умираю!“ — Бывает то ж, но чаще, и со мной! —
Свои нам недостатки знать И в недостатках признаваться — Как небо и земля: скорей от бед страдать, Чем бед виною называться!
– Сколько у тебя дружочков? Целый двор, пожалуй? – После кройки лоскуточков, Прости, не считала.
Наш хозяин щурится, как крыса. Поздно. Скучно. Каждый зол и пьян. Сыплет пепел рыжая Алиса В до краев наполненный стакан.
Я не люблю альбомов модных; Их ослепительная смесь Аспазий наших благородных Провозглашает только спесь.
Высокой горести моей – Смиренные следы: На синей варежке моей – Две восковых слезы.
Ты помнишь - ночь вокруг торжественно горела И темный сад дремал, склонившись над рекой… Ты пела мне тогда, и песнь твоя звенела Тоской, безумною и страстною тоской…
И вижу я Внутренним взором Церковную узкую дверь. Мне жаль этой церкви,
В каких жестоких <поднебесных?> звездах Отстаивался пар полей Веет влажный вольный воздух Ингерманландии моей.
Эй, шутка-молодость! Как новый, ранний снег Всегда и чист и свеж! Царица тайных нег, Луна зеркальная над древнею Москвою Одну выводит ночь блестящей за другою.
Все в обители Приама Возвещало брачный час, Запах роз и фимиама, Гимны дев и лирный глас.
За девками доглядывать, не скис ли в жбане квас, оладьи не остыли ль, Да перстни пересчитывать, анис Всыпая в узкогорлые бутыли.
Краткий контекст: Старая кормилица Евриклея омывает ноги неузнанному страннику. Прикоснувшись к давнему рубцу, она понимает, что перед ней Одиссей. Эту-то рану узнала старушка, ощупав руками Ногу; отдернула руки она в изумленье; упала В таз, опустившись, нога; от удара ее зазвенела
Песня поется, как милый любится: Радостно! – Всею грудью! Что из того, что она забудется – Богу пою, не людям!
Пахнет ладаном воздух. Дождь был и прошел. Из зияющих пастей домов – Громовыми руладами рвется рояль, Разрывая июньскую ночь.
И призвал тогда Князь света – Князя тьмы, И держал он Князю тьмы – такую речь: – Оба княжим мы с тобою. День и ночь Поделили поровну с тобой.
Рано от печальной Жизни вы сокрылись. Но об вас ли плакать? Вы давно в могиле
Больному классику чтоб дать ответ российский, Я избираю стих и лист александрийский; Не думаю, меж тем, об оном я листе, Чтоб облегчился ты без рези в животе.
"Послушайте: я сказку вам начну Про Игоря и про его жену, Про Новгород и Царство Золотое, А может быть про Грозного царя…"
Забывши волнения жизни мятежной, Один жил в пустыне рыбак молодой. Однажды на скале прибрежной, Над тихой прозрачной рекой,
С улыбкой на розовых лицах Стоим у скалы мы во мраке. Сгорело бы небо в зарницах При первом решительном знаке,
Солнце низко. Легкой мглою Вечер долы напояет; Вход в пещеру раззолочен. С наклонённой головою
На водах Гвадалквивира Месяц длинной полосой; От незримых уст зефира Влага блещет чешуей…
Княгиня! для чего от нас Вы так безжалостно спешите? На годы скрыться вы хотите, Нам показавшися на час.
Как рука с твоей рукой Мы стояли на мосточку. Юнкерочек мой морской Невысокого росточку.
Ещё наш край не поднял белых крыл у ржи и у овса — чтоб позади оставить чёрный след распаханных могил, и взмыть. Но не взлететь — и мы в пути
Восхищенной и восхищённой, Сны видящей средь бела дня, Все спящей видели меня, Никто меня не видел сонной.
Прекрасная, она стояла тихо, Младенец-брат при ней был тоже тих, Она слова молитв ему шептала, Она была прекрасна в этот миг.
Чуждые огласки, Слышу речи ласки, Вижу эти глазки, Чую сердца дрожь, –
Сомкнутым строем – Противу всех. Дай же спокойно им Спать во гробех.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.