3751 Цветаева М. Ici — Haut — 2. Ветхозаветная тишина…
Ветхозаветная тишина, Сирой полыни крестик. Похоронили поэта на Самом высоком месте.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Ветхозаветная тишина, Сирой полыни крестик. Похоронили поэта на Самом высоком месте.
Купальщицами, в легкий круг Сбитыми, стаей Нимф-охранительниц – и вдруг, Гривы взметая
Большими тихими дорогами, Большими тихими шагами… Душа, как камень, в воду брошенный – Все расширяющимися кругами…
Андрей Шенье взошел на эшафот, А я живу – и это страшный грех. Есть времена – железные – для всех. И не певец, кто в порохе – поет.
Слезы, слезы – живая вода! Слезы, слезы – благая беда! Закипайте из жарких недр, Проливайтесь из жарких век.
Ваш нежный рот – сплошное целованье… – И это все, и я совсем как нищий. Кто я теперь? – Единая? – Нет, тыща! Завоеватель? – Нет, завоеванье!
Над спящим юнцом – золотые шпоры. Команда: вскачь! Уже по пятам воровская свора. Георгий, плачь!
Хочешь знать мое богачество? Скакуну на свете – скачется, Мертвым – спится, птицам – свищется. Юным – рыщется да ищется,
Пучкова, право, не смешна: Пером содействует она Благотворительным газет недельных видам, Хоть в смех читателям, да в пользу инвалидам.
Пиндар воспевал орла, Митрофанов - сокол_а_, А Гомер, хоть для игрушек, Прославлял в грязи лягушек;
Тщетно, в ветвях заповедных кроясь, Нежная стая твоя гремит. Сластолюбивый роняю пояс, Многолюбивый роняю мирт.
Л.А.Т. На земле – «Забилась в угол, глядишь упрямо… Скажи, согласна? Мы ждем давно».
2 А над Волгой – ночь, А над Волгой – сон. Расстелили ковры узорные,
День августовский тихо таял В вечерней золотой пыли. Неслись звенящие трамваи, И люди шли.
Волны и молодость – вне закона! Тронулся Дон. – Погибаем. – Тонем. Ветру веков доверяем снесть Внукам – лихую весть:
Вам, веселые девицы, – Не упомнил всех имен – Вам, веселые девицы, От певца – земной поклон.
В полночь леший лыко драл, Лапти плел, косил траву, Сов дразнил и <нрзб>нывал Да покрикивал ау!
Чуковский, ты не прав, обрушась на поленья, Обломки божества — дрова, Когда-то деревам, близки им вдохновенья, Тепла и пламени слова.
1 Куда, седой прелюбодей, Стремишь своей ты мысли беги? Кругом с арбузами телеги
Война, война! – Кажденья у киотов И стрекот шпор. Но нету дела мне до царских счетов, Народных ссор.
Пилигрим Аллах ли там среди пустыни Застывших волн воздвиг твердыни, Престолы ангелам своим;
Beware, my Lord, of jealousy. W. Shakespeare. Othello I «Люблю тебя, моя Заира!
Наши встречи, – только ими дышим все мы, Их предчувствие лелея в каждом миге, – Вы узнаете, разрезав наши книги. Все, что любим мы и верим – только темы.
Короткие крылья волос я помню, Метущиеся между звезд. – Я помню Короткие крылья Под звездною пылью,
Когда легковерен и молод я был, Браниться и драться я страстно любил. Обедать однажды сосед меня звал; Со мною заспорил один генерал.
Не ждет, не ждет мой кучер нанятый, Торопит ветер-господин. Я принесла тебе для памяти Еще подарочек один.
О ты, которого зовут Мошенник, пьяница и плут, Подлец, баран и мародер, На сей листок склони свой взор,
Не знаю, обманут ли был я, Осмеян тобой или нет, Но клянуся, что сам любил я, И остался от этого след.
Блажен, кто менее зависит от людей, Свободен от долгов и от хлопот приказных, Не ищет при дворе ни злата, ни честей И чужд сует разнообразных!
Я не люблю альбомов модных; Их ослепительная смесь Аспазий наших благородных Провозглашает только спесь.
Масляница широка! Масляницу за бака! Масляница! Увальница!
Сегодня таяло, сегодня Я простояла у окна. Взгляд отрезвленней, грудь свободней, Опять умиротворена.
Есть некий час… Тютчев. Есть некий час – как сброшенная клажа: Когда в себе гордыню укротим.
Уроненные так давно Вздымаю руки. В пустое черное окно Пустые руки
Московский герб: герой пронзает гада. Дракон в крови. Герой в луче. – Так надо. Во имя Бога и души живой Сойди с ворот, Господень часовой!
И поплыл себе – Моисей в корзине! – Через белый свет. Кто же думает о каком-то сыне В восемнадцать лет!
Смешная сцена! Ванька-дуралей, Чтоб седока промыслить побогаче, Украдкой чистит бляхи на своей Ободранной и заморенной кляче.
1 В век сплошных скоропадских, Роковых скоростей – Слава стойкому братству
Однажды морозной зимней ночью Человек заблудился в лесу. Бродя наугад, он встретил Сатира. Узнав, что путник сбился с дороги, Сатир пообещал приютить его на ночь и утром вывести из леса. По дороге к жилищу Сатира Человек поднял руки ко рту и стал дуть на них. — Зачем ты это делаешь? — спросил Сатир.
В глубокий час души, В глубокий – но́чи… (Гигантский шаг души, Души в ночи)
Я зажег на горах красный факел войны. Разгораяся лижут лазурность огни. Неужели опять для меня суждены Эти звонкие, ясно-кристальные дни?
Слава падает так, как слива: На́ голову, в подол. Быть красивой и быть счастливой! (А не плохой глагол –
Башенный бой Где-то в Кремле. Где на земле, Где –
Так и буду лежать, лежать Восковая, да ледяная, да скорченная. Так и будут шептать, шептать: – Ох, шальная! ох, чумная! ох, порченная!
И как в раю магометанском Сонм гурий в розах и шелку, Так вы лейб-гвардии в уланском Ее Величества полку.
Чтобы край земной не вымер Без отчаянных дяде́й, Будь, младенец, Володимир: Целым миром володей!
Я не танцую, – без моей вины Пошло волнами розовое платье. Но вот обеими руками вдруг Перехитрен, накрыт и пойман – ветер.
О, дева всех румянее Среди зеленых гор – Германия! Германия!
Поступью сановнически-гордой Прохожу сквозь строй простонародья. На груди – ценою в три угодья – Господом пожалованный орден.
Я знаю, я знаю, Что прелесть земная, Что эта резная, Прелестная чаша –
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.