1801 Цветаева М. Диалог Гамлета с совестью
– На дне она, где ил И водоросли… Спать в них Ушла, – но сна и там нет! – Но я ее любил,
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
– На дне она, где ил И водоросли… Спать в них Ушла, – но сна и там нет! – Но я ее любил,
Не узнавай, куда я путь склонила, В какой предел из мира перешла… О друг, я все земное совершила; Я на земле любила и жила.
Быть может, все несчастье От почты полевой: Его считали мертвым, А он пришел живой.
Que nous font après tout les vulgaires abois De tous ces charlatans, qui donnent de la voix, Les marchands de pathos et les faiseurs dʼemphase Et tous les baiadins qui dansent sur la phrase?
Ребенка милого рожденье Приветствует мой запоздалый стих. Да будет с ним благословенье Всех ангелов небесных и земных!
О, не вздыхайте обо мне, Печаль преступна и напрасна, Я здесь, на сером полотне, Возникла странно и неясно.
Идите же! – Мой голос нем И тщетны все слова. Я знаю, что ни перед кем Не буду я права.
Как-то раз перед толпою Соплеменных гор У Казбека с Шат-горою* Был великий спор.
Тихий ветер. Вечер сине-хмурый. Я смотрю широкими глазами. В Персии такие ж точно куры, Как у нас в соломенной Рязани.
В свой край возвратяся из дальней земли, Три путника в гости к старушке зашли. «Прими, приюти нас на темную ночь; Но где же красавица? Где твоя дочь?»
Благодарю!.. вчера мое признанье И стих мой ты без смеха приняла; Хоть ты страстей моих не поняла, Но за твое притворное вниманье
Возможно ль? вместо роз, Амуром насажденных, [Тюльпанов гордо наклоненных,] Душистых ландышей, ясминов и лилей, [Которых ты всегда] любила
Максу Волошину Они приходят к нам, когда У нас в глазах не видно боли. Но боль пришла – их нету боле:
Кольцо души-девицы Я в море уронил; С моим кольцом я счастье Земное погубил.
Ах, вспомни, мама, вспомни, мама, Избу промерзшую насквозь! Ах, сколько с нами, сколько с нами Тебе увидеть довелось!..
Когда я гляжу на летящие листья, Слетающие на булыжный торец, Сметаемые – как художника кистью, Картину кончающего наконец,
В пустынной хра́мине Троилась – ладаном. Зерном и пламенем На темя падала…
На льдах тоскующего полюса, Где небосклон туманом стёрт, Я без движенья и без голоса, Окровавленный, распростёрт.
Они спустились до реки Смотреть на зарево заката, Но серебрились их виски И сердце не было крылато.
Листья ли с древа рушатся, Розовые да чайные? Нет, с покоренной русости Ризы ее, шелка́ ее…
Только закрою горячие веки – Райские розы, райские реки… Где-то далече, Как в забытьи,
Pourquoi craindrais-j'e de ie dire? C'est Margot qui fixe mon goút. Так и мне узнать случилось, Что за птица Купидон;
Она поет — и звуки тают, Как поцалуи на устах, Глядит — и небеса играют В ее божественных глазах;
Душно мне в этих холодных стенах, Сырость и мрак без просвета. Плесенью пахнет в печальных углах — Вот она, доля поэта.
Знаю, в песне есть твоей, джигит, Пламя и любовь к родной стране. Но боец не песней знаменит: Что, скажи, ты сделал на войне?
С большою нежностью – потому, Что скоро уйду от всех – Я все раздумываю, кому Достанется волчий мех,
Богами вам еще даны Златые дни, златые ночи, И томных дев устремлены На вас внимательные очи.
Георгию Иванову Когда зелёный луч, последний на закате, Блеснёт и скроется, мы не узнаем где, Тогда встаёт душа и бродит, как лунатик,
Темнеет… Готовятся к чаю… Дремлет Ася под маминой шубой. Я страшную сказку читаю О старой колдунье беззубой.
Тем не менее приснилось что-то. ...Но опять колесный перестук. После неожиданного взлета я на землю опускаюсь вдруг.
Люблю ваш сумрак неизвестный И ваши тайные цветы, О вы, поэзии прелестной Благословенные мечты!
Я знаю край: там на брега Уединенно море плещет; Безоблачно там солнце блещет На опаленные луга;
Wo aber werd ich sein im künftgen Lenze? So frug ich sonst wohl, wenn beim Hüteschwingen Ins Tal wir ließen unser Lied erklingen, Denn jeder Wipfel bot mir frische Kränze.
Любовью, дружеством и ленью Укрытый от забот и бед, Живи под их надежной сенью: В уединении ты счастлив: ты поэт.
В багровом зареве закат шипуч и пенен, Березки белые горят в своих венцах. Приветствует мой стих младых царевен И кротость юную в их ласковых сердцах.
Заяц был очень популярен среди других зверей — все называли себя его друзьями. Но однажды он услышал приближающийся лай гончих и решил спастись с помощью своих многочисленных друзей. Он побежал к Лошади и попросил унести его от собак на своей спине. Но та отказалась, сказав, что у неё важная работа для хозяина.
Песни, песни, о чём вы кричите? Иль вам нечего больше дать? Голубого покоя нити Я учусь в мои кудри вплетать.
В степях зеленых Буджака, Где Прут, [заветная] река, Обходит русские владенья, При [бедном] устьи ручейка
Опять сияющим крестам Поют хвалу колокола. Я вся дрожу, я поняла, Они поют: «и здесь и там».
Золото моих волос Тихо переходит в седость. – Не жалейте! Всё сбылось, Всё в груди слилось и спелось.
Жизнь печальна, жизнь пустынна, И не сжалится никто; Те же вазочки в гостиной, Те же рамки и плато.
Заплаканная осень, как вдова В одеждах черных, все сердца туманит... Перебирая мужнины слова, Она рыдать не перестанет.
Чем чаще празднует лицей Свою святую годовщину, Тем робче старый круг друзей В семью стесняется едину,
Коли милым назову – не соскучишься! Богородицей – слыву – Троеручицей: Одной – крепости крушу, друга – тамотка, Третьей по морю пишу – рыбам грамотку.
Рюрику Ивневу Я одену тебя побирушкой, Подпояшу оструганным лыком. Упираяся толстою клюшкой,
Твой глас незримый, как дым в избе. Смиренным сердцем молюсь тебе. Овсяным ликом питаю дух, Помощник жизни и тихий друг.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.