Друнина Ю. Трубы. Пепел еще горячий...
Трубы. Пепел еще горячий. Как изранена Беларусь… Милый, что ж ты глаза не прячешь? С ними встретиться я боюсь.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Трубы. Пепел еще горячий. Как изранена Беларусь… Милый, что ж ты глаза не прячешь? С ними встретиться я боюсь.
Я порою себя ощущаю связной Между теми, кто жив И кто отнят войной. И хотя пятилетки бегут
Гладит голые плечи Суховей горячо. Ошалевший кузнечик Мне взлетел на плечо.
Снег намокший сбрасывают с крыши, Лёд летит по трубам, грохоча. Вновь на Пушкинском бульваре слышу Песенку картавую грача.
Да, я из того поколенья, Что Гитлер, себе на беду, Поставить хотел на колени В лихом сорок первом году.
Со своим батальонным Повстречалась сестра — Только возле прилавка, А не возле костра.
Уклончивость — она не для солдата: Коль «нет» — так «нет», а если «да» — то «да». Ведёт меня и ныне, как когда-то, Единственная — красная — звезда.
Порошили снега, Затяжные дожди моросили, Много раз соловьи Возвещали о новой весне…
Тот же двор. Та же дверь. Те же стены. Так же дети бегут гуртом,
Генералы, штабисты, подвиньтесь, Чтоб окопники были видны… Ванька-взводный — Малюсенький винтик
Нет, это не заслуга, а удача — Стать девушке солдатом на войне. Когда б сложилась жизнь моя иначе, Как в День Победы стыдно было б мне!
Бывает жизнь забавною Вначале: — Ах, первое свиданье! Первый бал!..—
И опять мы поднимаем чарки За невозвратившихся назад… Пусть Могила Неизвестной Санитарки Есть пока лишь в памяти солдат.
Шли девчонки домой Из победных полков. Двадцать лет за спиной Или двадцать веков?
Мы лежали и смерти ждали — Не люблю я равнин с тех пор… Заслужили свои медали Те, кто били по нас в упор, —
И с каждым годом Все дальше, дальше, И с каждым годом Все ближе, ближе
Мне ещё в начале жизни повезло, На свою не обижаюсь я звезду. В сорок первом меня бросило в седло, В сорок первом, на семнадцатом году.
Я родом не из детства – из войны. И потому, наверное, дороже, Чем ты, ценю я радость тишины И каждый новый день, что мною прожит.
Глаза бойца слезами налиты, Лежит он, напружиненный и белый, А я должна приросшие бинты С него сорвать одним движеньем смелым.
Опять лежишь в ночи, глаза открыв, И старый спор сама с собой ведешь. Ты говоришь: – Не так уж он красив! –
Побледнев, Стиснув зубы до хруста, От родного окопа Одна
Ты – рядом, и все прекрасно: И дождь, и холодный ветер. Спасибо тебе, мой ясный, За то, что ты есть на свете.
На носилках, около сарая, На краю отбитого села, Санитарка шепчет, умирая: — Я еще, ребята, не жила…
И откуда Вдруг берутся силы В час, когда В душе черным-черно?..
Все грущу о шинели, Вижу дымные сны,- Нет, меня не сумели Возвратить из Войны.
Я принесла домой с фронтов России Веселое презрение к тряпью - Как норковую шубку, я носила Шинельку обгоревшую свою.
Не бывает любви несчастливой. Не бывает… Не бойтесь попасть В эпицентр сверхмощного взрыва, Что зовут «безнадежная страсть».
Не встречайтесь С первою любовью, Пусть она останется такой - Острым счастьем,
Целовались. Плакали И пели. Шли в штыки.
Я только раз видала рукопашный. Раз – наяву и сотни раз во сне. Кто говорит, что на войне не страшно, Тот ничего не знает о войне.
Я ушла из детства В грязную теплушку, В эшелон пехоты, В санитарный взвод.
Качается рожь несжатая, Шагают бойцы по ней . Шагаем и мы - девчата, Похожие на парней.
Среди дубравы Блестит крестами Храм пятиглавый С колоколами.
Молись, дитя: сомненья камень Твоей груди не тяготит; Твоей молитвы чистый пламень Святой любовию горит.
Как солнце блещет ярко, Как неба глубь светла, Как весело и громко Гудят колокола.
Зимою вдоль дорог валялись трупы Людей и лошадей. И стаи псов Въедались им в живот и рвали мясо.
Повсюду благовест гудит, Из всех церквей народ валит. Заря глядит уже с небес… Христос Воскрес! Христос Воскрес!
Благовещенье и свет, Вербы забелели. Или точно горя нет, Право, в самом деле?
Колокол дремавший Разбудил поля, Улыбнулась солнцу Сонная земля.
День православного Востока, Святись, святись, великий день, Разлей свой благовест широко И всю Россию им одень.
Христос воскрес! Опять с зарёю Редеет долгой ночи тень, Опять зажёгся над землёю Для новой жизни новый день.
С песней звонкой, легче птицы, От души смеясь до слёз, Вокруг ёлки покружиться — Приходи к нам, Дед-Мороз.
1 Сестрёнке моей минул пятый годок, А там уже скоро шестой недалёк. День завтрашний праздничен,
— Вот в бинокль видна Москва-столица, День-другой — и мы её возьмём! — Так безумный Гитлер стал хвалиться, Но уж смерти тень была на нём.
Скоро весна засмеётся в лесах, Белых берёз листва зашумит, Гроздья черёмух повиснут в садах, Хор соловьиный в ночи зазвенит.
Хмель весенних ароматов Ветерок принёс с утра. Бликом солнечным в палату Входит юная сестра.
Под танками земля дрожит, И чёрный дым валит клубами, И смелым соколом парит, Раскинув крылья, наше знамя.
Вот в госпитале я... Но ты не плачь, Подруга юных дней моих: Пусть каплет кровь и след её горяч, —
Не думайте, что грусть бойцу чужда. Душа у нас — не камень. И усилий Нам стоит разлучаться иногда С одеждой скромной, что, любя, носили.
Стоял тот мост большой и величавый — Там, где и днём и ночью шли бои. Под ним река,
Всё небо заревом опалено. Село мертво. Здесь враг чинил разбой. Лишь на снегу кровавое пятно — Ребёнок с разможжённой головой.
С боями прошли мы немало, И дальше дорога одна. Так что же, наполним бокалы И выпьем с тобою до дна.
Как хорошо уметь читать! Не надо к маме приставать, Не надо бабушку трясти: «Прочти, пожалуйста, прочти!»
Встал над долиной медленный рассвет. Пора! Пора... И вот опять в пути мы. — Моей любимой передай привет! — Я крикнул ветру, что промчался мимо.
Покидая город в тихий час, Долго я глядел в твои глаза. Помню, как из этих чёрных глаз Покатилась светлая слеза,
Молчаливо в даль направив дула, Охраняли пушки наш простор. Враг напал — и орудийным гулом Начался горячий разговор.
I Украина, о тебе горюет Татарстан, Нет крепче братских уз, что нас с тобой сплели. Изнемогаешь ты от нанесённых ран
... Я невысок. И здесь, в окопе, сидя, Ещё как будто меньше ростом стал. И всё же мне весь мир огромный виден — Его объемлет мысли широта.
Он помчался в горячую битву На лихом скакуне. Конь вернулся назад, но джигита
Лечу я в небо, полон думы страстной, Сияньем солнца я хочу сиять. Лучи у солнца отниму я властно, На землю нашу возвращусь опять.
– Есть женщина в мире одна. Мне больше, чем все, она нравится, Весь мир бы пленила она, Да замужем эта красавица.
Песня 1 Я в затишье меж боями Говорить задумал с вами,
Былые невзгоды, И беды, и горе Промчатся, как воды, Забудутся вскоре.
Амине Не потому ли, что без принужденья Одну тебя я горячо любил, Тебе я отдал сердце во владенье
Цепи каменного мешка Пусть твоя разорвет рука! А не сможешь, так смерть предстанет – Ведь она здесь всегда близка!
Мне без любимой белый свет не мил, В ее руках – любовь моя и счастье. Букет цветов я милой подарил – Пусть примет он в моей судьбе участье.
У нас с соседом нелады, Живем с соседом плохо. В любое время жди беды, Нежданного подвоха.
Влюбился я. Давно случилось это – В былые годы юности моей. Любви цветок, как говорят поэты, Раскрылся даже в стужу зимних дней.
Я открываю солнцу грудь. "Чахотка",– доктор говорит... Пусть лижет солнце эту грудь, Она от прежних ран болит.
Помнится, была весьма забавной Наша комсомольская любовь. Члены волостного комитета, Ехали на съезд мы. Вижу вновь
Ты зачем к реке меня отправила, Раз самой прийти желанья нет? Ты зачем "люблю" сказать заставила, Коль не говоришь "и я" в ответ?
С обидой я из жизни ухожу, Проклятья рвутся из души моей. Напрасно, мать, растила ты меня, Напрасно изливала свет очей.
Ночной простор. Я жгу костер. Вокруг туман, как море... Я одинок – простой челнок, Затерянный в просторе.
Черчетский хан (1*) Нас вывели – и казнь настанет скоро. На пустыре нас выстроил конвой... И чтоб не быть свидетелем позора,
Нелепой смертью, видно, я умру: Меня задавят стужа, голод, вши. Как нищая старуха, я умру, Замерзнув на нетопленной печи.
Весна придет, улыбкой озаряя Просторы зеленеющих полей. Раскинет ветви роща молодая, В саду рассыплет трели соловей.
Как по долине льющийся родник, В дороге пел я песни то и дело. И все казалось сердцу, что от них Земля вокруг цвела и молодела.
Прожил девяносто лет Фарук. Утром встал, исполненный кручины,– О себе задумался он вдруг, Низко опустив свои седины:
Так закалялась сталь. Н. Островский Я и усов еще не брил ни разу, Когда ушел из дома год назад,
Как-то странно жизнь моя сложилась! Огонечек тлел едва-едва. Пылко полюбил я, всей душою, А при встрече позабыл слова.
Ростепель. Телеге нет проезда... Но, меся лаптями снег и грязь, В кожухе, под вешним солнцем теплым
Что так шумна, бурна, Стремительна река, Хоть здесь ее волна В раскате широка?
Толпой пришли к поэту стар и млад, Уже гостями полон дом его. Поэт повел их в тот роскошный сад, Что вырастил близ сердца своего.
Придет, придет Москва! Нас вызволит Москва Из темной ямы хищника-урода. На красном знамени Москвы горят слова: "Жизнь и свобода".
Родилась беспомощным комочком, Но растет и крепнет с каждым днем. Голосок ее звенит звоночком, В сердце откликается моем.
Я в девяноста девяти заплатах, Но нет в душе прорех и нет заплат. А ты в одеждах щеголя богатых,– Душа твоя с заплатами подряд!
Всем сердцем соколиным, всей душой, Дав клятву верности народу, Он на плечо повесил автомат, Сел на коня, готов к походу.
У милого взгляда Волшебная сила. Ты нежной улыбкой Меня покорила.
– Как вольных птиц над степью на рассвете, Трех сыновей пустила я в полет. Как матери, как близкой, мне ответьте, Как женщине, что слезы льет:
Всю ночь не спал поэт, писал стихи. Слезу роняя за слезою. Ревела буря за окном, и дом
Я болел, уже совсем был плох, Истощил аптеку по соседству, Но бледнел, худел все больше, сох,– Все мне были бесполезны средства.
Оторвался от стебля цветок И упал, и на крыльях метели Прилетели в назначенный срок,– На равнину снега прилетели.
Умрем, не будем рабами! К. Маркс Нет, сильны мы – мы найдем дорогу, Нам ничто не преградит пути.
Какая вдали земля Просторная, ненаглядная! Только моя тюрьма Темная и смрадная.
Над песчаным обрывом рыбачья артель У своих шалашей запалила костер. Брызги-искры и страстные песни рекой Потекли по-над степью в пустынный простор.
Простились мы, и с вышитой каймою Платок родные руки дали мне. Подарок милой! Он всегда со мною. Ведь им закрыл я рану на войне.
Двина! Где взять мне силы, чтобы вспять Твое теченье плавное погнать? Чтоб я, твоей окутанный волной, Был унесен на родину, домой?
Ребята, на луга быстрей, Играйте, смейтесь в сочных травах! Развеселите матерей, Развейте боль свою в забавах!
Вы с нами, сестры нежные, так долго Делили бремя тяжкое войны! Глаза у вас от дыма почернели И кровью рукава обагрены.
На этой странице представлены последние добавления стихотворений в нашу базу данных.