551 Есенин С. Видно, так заведено навеки…
Видно, так заведено навеки — К тридцати годам перебесясь, Все сильней, прожженные калеки, С жизнью мы удерживаем связь.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Видно, так заведено навеки — К тридцати годам перебесясь, Все сильней, прожженные калеки, С жизнью мы удерживаем связь.
Чем жарче день, тем сладостней в бору Дышать сухим смолистым ароматом, И весело мне было поутру Бродить по этим солнечным палатам!
— Ну, пошел же, ради бога! Небо, ельник и песок — Невеселая дорога… Эй! садись ко мне, дружок!
1 Река раскинулась. Течет, грустит лениво И моет берега. Над скудной глиной желтого обрыва
Летят перелетные птицы В осенней дали голубой, Летят они в жаркие страны, А я остаюся с тобой.
Февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд, Пока грохочущая слякоть Весною черною горит.
Wenn du zur Arbeit gehst am frühen Morgen, wenn du am Bahnhof stehst Mit deinen Sorgen:
Скрипка издергалась, упрашивая, и вдруг разревелась так по-детски, что барабан не выдержал:
Царей и царств земных отрада, Возлюбленная тишина, Блаженство сёл, градов ограда, Коль ты полезна и красна!
«Почему ты плачешь?» – «Так». «Плакать „так“ смешно и глупо. Зареветь, не кончив супа! Отними от глаз кулак!
Вы полюбите меня. Но не сразу. Вы полюбите меня скрытноглазо. Вы полюбите меня вздрогом тела, будто птица к вам в окно залетела.
Опять лежишь в ночи, глаза открыв, И старый спор сама с собой ведешь. Ты говоришь: – Не так уж он красив! –
Низкий дом с голубыми ставнями, Не забыть мне тебя никогда, — Слишком были такими недавними Отзвучавшие в сумрак года.
Du bist wie eine Blume, So hold und schön und rein; Ich schau dich an, und Wehmut Schleicht mir ins Herz hinein.
Моим стихам, написанным так рано, Что и не знала я, что я – поэт, Сорвавшимся, как брызги из фонтана, Как искры из ракет,
Нивы сжаты, рощи голы, От воды туман и сырость. Колесом за сини горы Солнце тихое скатилось.
Ищут пожарные, Ищет милиция, Ищут фотографы В нашей столице,
Mobile comme l’onde Ты, волна моя морская, Своенравная волна, Как, покоясь иль играя,
Настанет день — исчезну я, А в этой комнате пустой Все то же будет: стол, скамья Да образ, древний и простой.
Мерцаньем звёзд далёких безразлично Был поворот дороги озарён. Дорога шла вокруг горы Масличной, Внизу под нею протекал Кедрон.
Есть в светлости осенних вечеров Умильная, таинственная прелесть!.. Зловещий блеск и пестрота дерёв, Багряных листьев томный, легкий шелест,
Мой первый друг, мой друг бесценный! И я судьбу благословил, Когда мой двор уединенный, Печальным снегом занесенный,
Купили в магазине Резиновую Зину, Резиновую Зину В корзинке принесли.
Я посетил родимые места, Ту сельщину, Где жил мальчишкой, Где каланчой с березовою вышкой
Среди дубравы Блестит крестами Храм пятиглавый С колоколами.
Ты и убогая, Ты и обильная, Ты и могучая, Ты и бессильная,
Безмолвное море, лазурное море, Стою очарован над бездной твоей. Ты живо; ты дышишь; смятенной любовью, Тревожною думой наполнено ты.
Умом — Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать — В Россию можно только верить.
1 Славь, мой стих, кто ревет и бесится, Кто хоронит тоску в плече, Лошадиную морду месяца
Маленькие дети! Ни за что на свете Не ходите в Африку, В Африку гулять!
Я вернулся в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухлых желез. Ты вернулся сюда, — так глотай же скорей Рыбий жир ленинградских речных фонарей.
На таинственном озере Чад Посреди вековых баобабов Вырезные фелуки стремят На заре величавых арабов.
Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочел до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.
Сказка о царе Берендее, о сыне его Иване-царевиче, о хитростях Кощея Бессмертного и о премудрости Марьи-царевны, Кощеевой дочери Жил-был царь Берендей до колен борода. Уж три года Был он женат и жил в согласье с женою; но все им Бог детей не давал, и было царю то прискорбно.
Топи да болота, Синий плат небес. Хвойной позолотой Вззвенивает лес.
Лев часто бродил по полю, где паслись Четыре Быка. Много раз он пытался напасть на них, но всякий раз, когда подходил ближе, быки становились хвостами друг к другу, и с какой бы стороны Лев ни приблизился, его встречали рога одного из них. Но со временем быки перессорились между собой,
Когда я, объездивший множество стран, Усталый, с дороги домой воротился, Склонясь надо мною, спросил Дагестан: «Не край ли далекий тебе полюбился?»
Гул затих. Я вышел на подмостки. Прислонясь к дверному косяку, Я ловлю в далеком отголоске, Что случится на моем веку.
Край ты мой заброшенный, Край ты мой, пустырь. Сенокос некошеный, Лес да монастырь.
Робин Бобин Барабек Скушал сорок человек, И корову, и быка, И кривого мясника.
О счастье мы всегда лишь вспоминаем. А счастье всюду. Может быть, оно — Вот этот сад осенний за сараем И чистый воздух, льющийся в окно.
Я маму мою обидел, Теперь никогда-никогда Из дому вместе не выйдем, Не сходим с ней никуда.
Среди бесчисленных светил Я вольно выбрал мир наш строгий И в этом мире полюбил Одни весёлые дороги.
Отчаянные холода Задерживают таянье. Весна позднее, чем всегда, Но и зато нечаянней.
Отделкой золотой блистает мой кинжал, Клинок надежный, без порока; Булат его хранит таинственный закал — Наследье бранного востока.
Терек воет, дик и злобен, Меж утёсистых громад, Буре плач его подобен, Слёзы брызгами летят.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.