1301 Пушкин А. С. Итак я счастлив был, итак я наслаждался...
Итак я счастлив был, итак я наслаждался, Отрадой тихою, восторгом упивался… И где веселья быстрый день? Промчался лётом сновиденья,
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Итак я счастлив был, итак я наслаждался, Отрадой тихою, восторгом упивался… И где веселья быстрый день? Промчался лётом сновиденья,
Измученный тоскою и недугом И угасая в полном цвете лет, Проститься я с тобой желал как с другом, Но хладен был прощальный твой привет;
Месяц высокий над городом лег, Грезили старые зданья… Голос ваш был безучастно-далек: – «Хочется спать. До свиданья».
В душном воздуха молчанье, Как предчувствие грозы, Жарче роз благоуханье, Звонче голос стрекозы…
Я узнаю тебя, время унылое: Эти короткие, бледные дни, Долгие ночи, дождливые, темные, И разрушенье - куда ни взгляни.
(Посвящается неизвестному другу, приславшему мне стихотворение «Не может быть»)
Меня терзает злой недуг, Я вся во власти яда жизни, И стыдно мне моих подруг В моей сверкающей отчизне.
На заре – наимедленнейшая кровь, На заре – наиявственнейшая тишь. Дух от плоти косной берет развод, Птица клетке костной дает развод.
Слава прабабушек томных, Домики старой Москвы, Из переулочков скромных Все исчезаете вы,
Ты спрашивала шепотом: "А что потом? А что потом?" Постель была расстелена,
Раскрыл я с тихим шорохом глаза страниц… И потянуло
Ешь ананасы, рябчиков жуй, день твой последний приходит, буржуй.
Новый месяц встал над лугом, Над росистою межой. Милый, дальний и чужой, Приходи, ты будешь другом.
Scorn not the sonnet, critic. Wordsworth.
Мечты, мечты, Где ваша сладость? Где ты, где ты, Ночная радость?
Закинув голову и опустив глаза, Пред ликом Господа и всех святых – стою. Сегодня праздник мой, сегодня – Суд.
Мы встретились случайно, на углу. Я быстро шел — и вдруг как свет зарницы Вечернюю прорезал полумглу Сквозь черные лучистые ресницы.
Так уж устроено у людей, Хотите вы этого, не хотите ли, Но только родители любят детей Чуть больше, чем дети своих родителей.
Ещё вчера, на солнце млея, Последним лес дрожал листом, И озимь, пышно зеленея, Лежала бархатным ковром.
Мой друг, забыты мной следы минувших лет И младости моей мятежное теченье. Не спрашивай меня о том, чего уж нет, Что было мне дано в печаль и в наслажденье,
Ах, дверь не запирала я, Не зажигала свеч, Не знаешь, как, усталая, Я не решалась лечь.
Я виноват перед тобою, Цены услуг твоих не знал. Слезами горькими, тоскою Я о прощенье умолял,
Безвестен я. Я вами не стяжал Ни почестей, ни денег, ни похвал, Стихи мои — плод жизни несчастливой, У отдыха похищенных часов,
Я спал, и смыла пена белая Меня с родного корабля, И в чёрных водах, помертвелая, Открылась мне моя земля.
Когда весной разбитый лед Рекой взволнованной идет, Когда среди полей местами Чернеет голая земля
Мои мечты стремятся вдаль, Где слышны вопли и рыданья, Чужую разделить печаль И муки тяжкого страданья.
Твои знамена – не мои! Врозь наши головы. Не изменить в тисках Змеи Мне Духу – Голубю.
Над землёю воздух дышит День от дня теплее; Стали утром зорьки ярче, На небе светлее.
Наплывала тень… Догорал камин, Руки на груди, он стоял один, Неподвижный взор устремляя вдаль,
В час вечерний, в час заката Каравеллою крылатой Проплывает Петроград... И горит на рдяном диске
Тридцать братьев и сестер 1
Как бронзовой золой жаровень, Жуками сыплет сонный сад. Со мной, с моей свечою вровень Миры расцветшие висят.
Молодой моряк вселенной, Мира древний дровосек, Неуклонный, неизменный, Будь прославлен, Человек!
Что другим не нужно – несите мне: Все должно сгореть на моем огне! Я и жизнь маню, я и смерть маню В легкий дар моему огню.
Я ехал к вам: живые сны За мной вились толпой игривой, И месяц с правой стороны Сопровождал мой бег ретивый.
Зачем я не птица, не ворон степной, Пролетевший сейчас надо мной? Зачем не могу в небесах я парить И одну лишь свободу любить?
Лазурь небесная смеётся, Ночной омытая грозой, И между гор росисто вьётся Долина светлой полосой.
Я сегодня опять услышал, Как тяжелый якорь ползёт, И я видел, как в море вышел Пятипалубный пароход.
Бог веселый винограда Позволяет нам три чаши Выпивать в пиру вечернем. Первую во имя граций,
Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели. Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты. На живых порыжели от крови и глины шинели, на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.
Пускай Поэт с кадильницей наемной Гоняется за счастьем и молвой, Мне страшен свет, проходит век мой темный В безвестности, заглохшею тропой.
«Что шумишь, качаясь, Тонкая рябина, Низко наклоняясь Головою к тыну?» —
Ты, меня любивший фальшью Истины – и правдой лжи, Ты, меня любивший – дальше Некуда! – За рубежи!
О, женщина, дитя, привыкшее играть И взором нежных глаз, и лаской поцелуя, Я должен бы тебя всем сердцем презирать, А я тебя люблю, волнуясь и тоскуя!
О чем ты воешь, ветр ночной? О чем так сетуешь безумно?.. Что значит странный голос твой, То глухо жалобный, то шумно?
– Не видала ль, девица, Коня моего? – Я видала, видела Коня твоего.
Как долго я не высыпалась, писала медленно, да зря. Прощай, моя высокопарность! Привет, любезные друзья!
Однажды возчик вёз тяжёлый груз по раскисшей от грязи дороге. Наконец он добрался до такого места, где колёса повозки увязли по самую ось, и чем сильнее тянули лошади, тем глубже они погружались в грязь.
Есть близнецы — для земнородных Два божества,- то Смерть и Сон, Как брат с сестрою дивно сходных — Она угрюмей, кротче он…
Повесить человека — не пустяк, И тут нужны особые таланты!.. Я вас повешу так, Я вас повешу так,
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.