3401 Цветаева М. На возу
Что за жалобная нота Летней ночью стук телег! Кто-то едет, для кого-то Далеко ночлег.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Что за жалобная нота Летней ночью стук телег! Кто-то едет, для кого-то Далеко ночлег.
Всё было до меня: десятилетья того, что счастьем называем мы. Цвели деревья, вырастали дети,
Как были те выходы в тишь хороши! Безбрежная степь, как марина, Вздыхает ковыль, шуршат мураши, И плавает плач комариный.
Я откинул докучную маску, Мне чего-то забытого жаль… Я припомнил старинную сказку Про священную чашу Грааль.
Се образ жизни нечестивой, Пугалище монахов всех, Инок монастыря строптивый, Расстрига, сотворивший грех.
I. С пятнадцатой весною, Как лилия с зарею, Красавица цветет;
Тридцатая годовщина Союза – держись, злецы! Я знаю твои морщины, Изъяны, рубцы, зубцы –
Кармен худа — коричневатый Глаза ей сумрак окружил, Зловещи кос её агаты, И дьявол кожу ей дубил.
Чего тебе, мой милый, пожелать? Учись быть счастливым на разные манеры И продолжай беспечно пировать Под сенью Марса и Венеры...
Я Музу юную, бывало, Встречал в подлунной стороне, И Вдохновение летало С небес, незваное, ко мне;
Тот же двор. Та же дверь. Те же стены. Так же дети бегут гуртом,
Я не привыкла, Чтоб меня жалели, Я тем гордилась, что среди огня Мужчины в окровавленных шинелях
Ваши белые могилки рядом, Ту же песнь поют колокола Двум сердцам, которых жизнь была В зимний день светло расцветшим садом.
Однажды Смерть послала в ад указ, Чтоб весь подземный двор, не более как в час, На выбор собрался в сенате, А заседанью быть в аудиенц-палате.
Ты угасал, богач младой! Ты слышал плач друзей печальных. Уж смерть являлась за тобой В дверях сеней твоих хрустальных.
Ну можно ли представить мир без шуток?! Да он без шуток был бы просто жуток!.. Когда на сердце холод, страх и тьма – Лишь юмор не дает сойти с ума!..
На кровле он стоял высоко И на Самос богатый око С весельем гордым преклонял: «Сколь щедро взыскан я богами!
С.Э. Как по тем донским боям, – В серединку самую, По заморским городам
… Как мой китайский зонтик красен, Натёрты мелом башмачки. Анна Ахматова. Снова заученно-смелой походкой
Канун Благовещенья. Собор Благовещенский Прекрасно светится. Над главным куполом,
Хорошо невзрослой быть и сладко О невзрослом грезить вечерами! Вот в тени уютная кроватка И портрет над нею в темной раме.
– Что же! Коли кинут жребий – Будь, любовь! В грозовом – безумном! – небе – Лед и кровь.
Куда мне голову склонить? Покинут я и сир; Хотел бы весело хоть раз Взглянуть на божий мир.
Когда обидой – опилась Душа разгневанная, Когда семижды зареклась Сражаться с демонами –
Среди рассеянной Москвы, При толках виста и бостона, При бальном лепете молвы Ты любишь игры Аполлона.
Был непорочен душой Фридолин; он в страхе Господнем Верно служил своей госпоже, графине Савернской. Правда, не трудно было служить ей: она добронравна Свойством, тиха в обращенье была; но и тяжкую должность
С поля милая пришла, Спелых ягод принесла, Я ж сказать ей не решаюсь, Как любовь моя светла.
День уж к вечеру склонялся, Дряхлый лебедь умирал. Он в тени дерев лежал, Тихо с жизнию прощался
Вам восемь лет, а мне семнадцать било. И я считал когда-то восемь лет; Они прошли. – В судьбе своей унылой, Бог знает как, я ныне стал поэт.
Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья, Я родилась.
Полнолунье и мех медвежий, И бубенчиков легкий пляс… Легкомысленнейший час! – Мне же Глубочайший час.
"Куда вы? за город конечно, Зефиром утренним дышать И с вашей Музою мечтать Уединенно [и] беспечно?"
Сегодня ночью я одна в ночи – Бессонная, бездомная черница! – Сегодня ночью у меня ключи От всех ворот единственной столицы!
Брови царь нахмуря, Говорил: «Вчера Повалила буря Памятник Петра».
Вы все, паладины Зелёного Храма, Над пасмурным морем следившие румб, Гонзальво и Кук, Лаперуз и де-Гама, Мечтатель и царь, генуэзец Колумб!
Как говорят — «инцидент исперчен», любовная лодка разбилась о быт.
Все твое: тоска по чуду, Вся тоска апрельских дней, Все, что так тянулось к небу, — Но разумности не требуй.
На серебряные шпоры Я в раздумии гляжу; За тебя, скакун мой скорой, За бока твои дрожу.
Склонись ко мне, красавец молодой! Как ты стыдлив! — ужели в первый раз Грудь женскую ласкаешь ты рукой? В моих объятьях вот уж целый час
О нет, не узнает никто из вас – Не сможет и не захочет! – Как страстная совесть в бессонный час Мне жизнь молодую точит!
Орел, пустясь из туч, на кролика напал. Бедняк, без памяти, куда бы приютиться, На норку жука набежал; Не норка, щель: ему ли в ней укрыться?
Радость всех невинных глаз, – Всем на диво! – В этот мир я родилась – Быть счастливой!
– «Какие маленькие зубки! И заводная! В парике!» Она смеясь прижала губки К ее руке.
У нас с соседом нелады, Живем с соседом плохо. В любое время жди беды, Нежданного подвоха.
Чистый лоснится пол; стеклянные чаши блистают; Все уж увенчаны гости; иной обоняет, зажмурясь, Ладана сладостный дым; другой открывает амфору, Запах веселый вина разливая далече; сосуды
Не стихов златая пена И не Стенькина молва, — Пониковская Елена Тонко вяжет кружева.
– «Ася, поверьте!» и что-то дрожит В Гришином деланном басе. Ася лукава и дальше бежит… Гриша – мечтает об Асе.
– «Herr Володя, глядите в тетрадь!» – «Ты опять не читаешь, обманщик? Погоди, не посмеет играть Nimmer mehr этот гадкий шарманщик!»
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.