901 Гумилёв Н. Дева Солнца
Марианне Дмитриевне Поляковой I. Могучий царь суров и гневен, Его лицо мрачно, как ночь,
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Марианне Дмитриевне Поляковой I. Могучий царь суров и гневен, Его лицо мрачно, как ночь,
Вас не трудно полюбить, Нужно только храбрым быть, Все сносить, не рваться в бой И не плакать над судьбой,
Что ты жадно глядишь на дорогу В стороне от весёлых подруг? Знать, забило сердечко тревогу — Всё лицо твоё вспыхнуло вдруг.
Мне не спится, нет огня; Всюду мрак и сон докучный. Ход часов лишь однозвучный Раздается близ меня.
Кавалергарды, век недолог, и потому так сладок он. Поет труба, откинут полог, и где-то слышен сабель звон.
День ушел, убавилась черта, Я опять подвинулся к уходу. Легким взмахом белого перста Тайны лет я разрезаю воду.
Не говори: меня он, как и прежде, любит, Мной, как и прежде, дорожит… О нет, он жизнь мою бесчеловечно губит, Хоть, вижу, нож в руке его дрожит…
Я тебе ничего не скажу, И тебя не встревожу ничуть, И о том, что́ я молча твержу, Не решусь ни за что намекнуть.
Люди кровь проливают в боях: Сколько тысяч за сутки умрет! Чуя запах добычи, вблизи Рыщут волки всю ночь напролет.
О Русь, взмахни крылами, Поставь иную крепь! С иными именами Встаёт иная степь.
Мы встречались с тобой на закате. Ты веслом рассекала залив. Я любил твоё белое платье, Утонченность мечты разлюбив.
Георгию Иванову Когда зелёный луч, последний на закате, Блеснёт и скроется, мы не узнаем где, Тогда встаёт душа и бродит, как лунатик,
С светлой главой, на тяжких свинцовых ногах между нами Ходит судьба! Человек, прямо и смело иди! Если, ее повстречав, не потупишь очей и спокойным Оком ей взглянешь в лицо — сам просветлеешь лицом;
Я знаю, что все женщины прекрасны. И красотой своею и умом. Еще весельем, если в доме праздник. И верностью, – когда разлука в нем.
Льва показываю я, посмотрите нате — он теперь не царь зверья, просто председатель.
Неправда, друг не умирает, Лишь рядом быть перестает. Он кров с тобой не разделяет, Из фляги из твоей не пьет.
Никто ничего не отнял! Мне сладостно, что мы врозь. Целую Вас – через сотни Разъединяющих верст.
Не встречайтесь С первою любовью, Пусть она останется такой - Острым счастьем,
Прощай, письмо любви! прощай: она велела. Как долго медлил я! как долго не хотела Рука предать огню все радости мои!.. Но полно, час настал. Гори, письмо любви.
Сегодня у берега нашего бросил Свой якорь досель незнакомый корабль, Мы видели отблески пурпурных вёсел, Мы слышали смех и бряцание сабль.
В шитой серебром рубашечке, – Грудь как звездами унизана! – Голова – цветочной чашечкой Из серебряного выреза.
Каждый стих – дитя любви, Нищий незаконнорожденный. Первенец – у колеи На поклон ветрам – положенный.
Ich habe dich so lieb! Ich würde dir ohne Bedenken eine Kachel aus meinem Ofen Schenken.
В день именин, а может быть, рожденья, Был Заяц приглашен к Ежу на угощенье. В кругу друзей, за шумною беседой, Вино лилось рекой. Сосед поил соседа.
Чудесный жребий совершился: Угас великой человек. В неволе мрачной закатился Наполеона грозный век.
Орлов с Истоминой в постеле В убогой наготе лежал. Не отличился в жарком деле Непостоянный генерал.
Какой-нибудь предок мой был – скрипач, Наездник и вор при этом. Не потому ли мой нрав бродяч И волосы пахнут ветром!
Ох, лето красное! любил бы я тебя, Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи. Ты, все душевные способности губя, Нас мучишь; как поля, мы страждем от засухи;
Дай мне горькие годы недуга, Задыханья, бессонницу, жар, Отыми и ребенка, и друга, И таинственный песенный дар —
Погасло дне́вное светило; На море синее вечерний пал туман. Шуми, шуми, послушное ветрило, Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
Рас – стояние: версты, мили… Нас рас – ставили, рас – садили, Чтобы тихо себя вели По двум разным концам земли.
Сердце — улей, полный сотами, Золотыми, несравненными! Я борюсь с водоворотами И клокочущими пенами.
С утра покинув приозёрный луг, Летели гуси дикие на юг, А позади за ниткою гусиной Спешил на юг косяк перепелиный.
Как хорошо ты, о море ночное, – Здесь лучезарно, там сизо-темно... В лунном сиянии, словно живое, Ходит, и дышит, и блещет оно...
Любовь, любовь — гласит преданье — Союз души с душой родной, Их съединенье, сочетанье, И роковое их слиянье,
Не говори: "Забыл он осторожность! Он будет сам судьбы своей виной!.." Не хуже нас он видит невозможность Служить добру, не жертвуя собой.
(Детство Валежникова) 1 ....................... .......................
Зелень нивы, рощи лепет, В небе жаворонка трепет, Тёплый дождь, сверканье вод, — Вас назвавши, что прибавить?
В небе тают облака, И, лучистая на зное, В искрах катится река, Словно зеркало стальное…
Русский царь созвал дружины Для великой годовщины На полях Бородина. Там земля окрещена:
Я голубой на звероферме серой, но, цветом обреченный на убой, за непрогрызной проволочной сеткой не утешаюсь тем, что голубой.
Беги, сокройся от очей, Цитеры слабая царица! Где ты, где ты, гроза царей, Свободы гордая певица? —
Велик, богат аул Джемат, Он никому не платит дани; Его стена — ручной булат; Его мечеть — на поле брани.
И вот, навьючив на верблюжий горб, На добрый – стопудовую заботу, Отправимся – верблюд смирен и горд – Справлять неисправимую работу.
Над озером, в глухих дубровах, Спасался некогда Монах, Всегда в занятиях суровых, В посте, молитве и трудах.
«Печален ты: признайся, что с тобой». – Люблю, мой друг! – «Но кто ж тебя пленила?» – Она. – «Да кто ж? Глицера ль, Хлоя, Лила?» – О, нет! – «Кому ж ты жертвуешь душой?»
В полутёмном строгом зале Пели скрипки, вы плясали. Группы бабочек и лилий На шелку зеленоватом,
В чужбине свято наблюдаю Родной обычай старины: На волю птичку выпускаю При светлом празднике весны.
Снежная замять дробится и колется, Сверху озябшая светит луна. Снова я вижу родную околицу, Через метель огонек у окна.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.