301 Окуджава Б. Молитва; Молитва Франсуа Вийона
Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет, Господи, дай же ты каждому, чего у него нет:
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет, Господи, дай же ты каждому, чего у него нет:
По улицам Слона водили, Как видно напоказ — Известно, что Слоны в диковинку у нас — Так за Слоном толпы зевак ходили.
Л.А.Т. О, будь печальна, будь прекрасна, Храни в душе осенний сад! Пусть будет светел твой закат,
1 Черный вечер. Белый снег. Ветер, ветер!
Внимает он привычным ухом Свист; Марает он единым духом Лист;
Женщина всегда чуть-чуть, как море. Море в чем-то женщина чуть-чуть. Ходят волны где-нибудь в каморке, спрятанные в худенькую грудь.
…Я бы хотела жить с Вами В маленьком городе, Где вечные сумерки И вечные колокола.
1. Метель ревет, как седой исполин, Вторые сутки не утихая, Ревет как пятьсот самолетных турбин,
Три дня купеческая дочь Наташа пропадала; Она на двор на третью ночь Без памяти вбежала.
Не ветер бушует над бором, Не с гор побежали ручьи, Мороз-воевода дозором Обходит владенья свои.
Не оставляйте матерей одних, Они от одиночества стареют. Среди забот, влюбленности и книг Не забывайте с ними быть добрее.
… Вновь я посетил Тот уголок земли, где я провел Изгнанником два года незаметных. Уж десять лет ушло с тех пор – и много
По улице моей который год звучат шаги - мои друзья уходят. Друзей моих медлительный уход той темноте за окнами угоден.
Сквозь волнистые туманы Пробирается луна, На печальные поляны Льет печально свет она.
Последняя туча рассеянной бури! Одна ты несешься по ясной лазури, Одна ты наводишь унылую тень, Одна ты печалишь ликующий день.
Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, А как зовут, забыл его спросить.
Замяукали котята: «Надоело нам мяукать! Мы хотим, как поросята, Хрюкать!»
Мне этот бой не забыть нипочём — Смертью пропитан воздух, А с небосклона бесшумным дождём Падали звёзды.
Es schlug mein Herz, geschwind zu Pferde! Es war getan fast eh gedacht. Der Abend wiegte schon die Erde, Und an den Bergen hing die Nacht;
Есть женщины в русских селеньях С спокойною важностью лиц, С красивою силой в движеньях, С походкой, со взглядом цариц,
Зима недаром злится, Прошла ее пора - Весна в окно стучится И гонит со двора.
Знай, мой друг, вражде и дружбе цену И судом поспешным не греши. Гнев на друга, может быть, мгновенный, Изливать покуда не спеши.
Жила-была девочка. Как ее звали? Кто звал, Тот и знал.
Я обманывать себя не стану, Залегла забота в сердце мглистом. Отчего прослыл я шарлатаном? Отчего прослыл я скандалистом?
Друг без друга у нас получается всё В нашем жизненном трудном споре. Всё своё у тебя, у меня всё своё, И улыбки свои, и горе.
Был он рыжим, как из рыжиков рагу. Рыжим, словно апельсины на снегу. Мать шутила, мать веселою была: «Я от солнышка сыночка родила…»
Чудная картина, Как ты мне родна: Белая равнина, Полная луна,
Утром в ржаном закуте, Где златятся рогожи в ряд, Семерых ощенила сука, Рыжих семерых щенят.
Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои — Пускай в душевной глубине Встают и заходят оне
Боль свою вы делите с друзьями, Вас сейчас утешить норовят, А его последними словами, Только вы нахмуритесь, бранят.
В пустыне чахлой и скупой, На почве, зноем раскаленной, Анчар, как грозный часовой, Стоит — один во всей вселенной.
Поет зима — аукает, Мохнатый лес баюкает Стозвоном сосняка. Кругом с тоской глубокою
Сегодня не слышно биенья сердец - Оно для аллей и беседок. Я падаю, грудью хватая свинец, Подумать успев напоследок:
Восстал всевышний бог, да судит Земных богов во сонме их; Доколе, рек, доколь вам будет Щадить неправедных и злых?
Вот парадный подъезд. По торжественным дням, Одержимый холопским недугом, Целый город с каким-то испугом Подъезжает к заветным дверям;
Идут белые снеги, как по нитке скользя… Жить и жить бы на свете, но, наверно, нельзя.
Майор привез мальчишку на лафете. Погибла мать. Сын не простился с ней. За десять лет на том и этом свете Ему зачтутся эти десять дней.
Мы знаем, что ныне лежит на весах И что совершается ныне. Час мужества пробил на наших часах, И мужество нас не покинет.
Опять я в деревне. Хожу на охоту, Пишу мои вирши — живется легко, Вчера, утомленный ходьбой по болоту, Забрел я в сарай и заснул глубоко.
О, я помню прощальные речи, Их шептавшие помню уста. «Только чистым даруются встречи. Мы увидимся, будь же чиста».
Скомкали фартук холодные ручки, Вся побледнела, дрожит баловница. Бабушка будет печальна: у внучки Вдруг – единица!
Август – астры, Август – звезды, Август – грозди Винограда и рябины
Хозяин погладил рукою Лохматую рыжую спину: — Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою, Но все же тебя я покину.
ПОЭМА (1826 год) Часть первая Покоен, прочен и легок
Закружилась листва золотая. В розоватой воде на пруду Словно бабочек лёгкая стая С замираньем летит на звезду.
…Зачем и о чем говорить? Всю душу, с любовью, с мечтами, Все сердце стараться раскрыть — И чем же? — одними словами!
Дубовый листок оторвался от ветки родимой И в степь укатился, жестокою бурей гонимый; Засох и увял он от холода, зноя и горя И вот наконец докатился до Чёрного моря.
Помню-где-то и когда-то у таежного ручья уронил я тиховато: «Люди — родина моя».
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.