701 Маяковский В. В. Лунная ночь
Пейзаж Будет луна. Есть уже
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Пейзаж Будет луна. Есть уже
Где наша роза? Друзья мои! Увяла роза, Дитя зари!..
Дар напрасный, дар случайный, Жизнь, зачем ты мне дана? Иль зачем судьбою тайной Ты на казнь осуждена?
Покрыта таинств легкой сеткой, Меж скал полуночной страны, Она являлася нередко В года волшебной старины.
Sah ein Knab’ ein Röslein stehn, Röslein auf der Heiden, War so jung und morgenschön, Lief er schnell es nah zu sehn,
Топи да болота, Синий плат небес. Хвойной позолотой Вззвенивает лес.
Славная осень! Здоровый, ядрёный Воздух усталые силы бодрит; Лёд неокрепший на речке студёной Словно как тающий сахар лежит;
Зреет рожь над жаркой нивой, И от нивы и до нивы Гонит ветер прихотливый Золотые переливы.
Странный звук издавала в тот вечер старинная скрипка: Человеческим горем – и женским! – звучал ее плач. Улыбался скрипач. Без конца к утомленным губам возвращалась улыбка.
Когда снежинку, что легко летает, Как звездочка упавшая скользя, Берешь рукой — она слезинкой тает, И возвратить воздушность ей нельзя.
Вздрагивает огонёк лампадки, В полутёмной детской тихо, жутко, В кружевной и розовой кроватке Притаилась робкая малютка.
Кабы нас с тобой да судьба свела — Ох, весёлые пошли бы по земле дела! Не один бы нам поклонился град, Ох мой родный, мой природный, мой безродный брат!
Валерию Брюсову Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка, Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, А как зовут, забыл его спросить.
Под небом мертвенно-свинцовым Угрюмо меркнет зимний день, И нет конца лесам сосновым, И далеко до деревень.
Сколько просьб у любимой всегда! У разлюбленной просьб не бывает. Как я рада, что нынче вода Под бесцветным ледком замирает.
Горные вершины Спят во тьме ночной; Тихие долины Полны свежей мглой;
На закате ходит парень Возле дома моего, Поморгает мне глазами И не скажет ничего.
В старом вальсе штраусовском впервые Мы услышали твой тихий зов, С той поры нам чужды все живые И отраден беглый бой часов.
В день Благовещенья Руки раскрещены, Цветок полит чахнущий, Окна настежь распахнуты, –
Уронили мишку на пол, Оторвали мишке лапу. Все равно его не брошу — Потому что он хороший.
Собаки спущены с цепи, И бродят злые силы. Спи, милый маленький мой, спи, Котенок милый!
Вот оно, глупое счастье С белыми окнами в сад! По пруду лебедем красным Плавает тихий закат.
Русалка плыла по реке голубой, Озаряема полной луной; И старалась она доплеснуть до луны Серебристую пену волны.
Бывает в жизни все наоборот. Я в этом убеждался не однажды: Дожди идут, хоть поле солнца ждет, Пылает зной, а поле влаги жаждет.
Догорел апрельский светлый вечер, По лугам холодный сумрак лег. Спят грачи; далекий шум потока В темноте таинственно заглох.
Не множеством картин старинных мастеров Украсить я всегда желал свою обитель, Чтоб суеверно им дивился посетитель, Внимая важному сужденью знатоков.
1 Есть За границей
Сквозь дождём забрызганные стёкла Мир мне кажется рябым; Я гляжу: ничто в нём не поблёкло И не сделалось чужим.
Его зарыли в шар земной, А был он лишь солдат, Всего, друзья, солдат простой, Без званий и наград.
Мир держится на добрых людях. Не на агрессии и зле. И если доброты не будет, То ничего не будет на земле.
Вчерашний день, часу в шестом, Зашел я на Сенную; Там били женщину кнутом, Крестьянку молодую.
Радость или грусть нас ждут потом. Но всему начало — отчий дом. Там у колыбели Матери нам пели
Никто ничего не отнял! Мне сладостно, что мы врозь. Целую Вас – через сотни Разъединяющих верст.
Ты не знаешь сказанья о деве Лилит, С кем был счастлив в раю первозданном Адам, Но ты всё ж из немногих, чьё сердце болит По душе окрылённой и вольным садам.
Случились вместе два Астро́нома в пиру И спорили весьма между собой в жару. Один твердил: «Земля, вертясь, круг Солнца ходит»; Другой, что Солнце все с собой планеты водит.
Мне снится старый друг, который стал врагом, но снится не врагом, а тем же самым другом.
Пустое вы сердечным ты Она обмолвясь заменила, И все счастливые мечты В душе влюбленной возбудила.
Я помню время золотое, Я помню сердцу милый край: День вечерел; мы были двое; Внизу, в тени, шумел Дунай.
Шел я, брел я, наступал то с пятки, то с носка,- Чувствую - дышу и хорошею... Вдруг тоска змеиная, зеленая тоска, Изловчась, мне прыгнула на шею.
Суров ты был, ты в молодые годы Умел рассудку страсти подчинять. Учил ты жить для славы, для свободы, Но более учил ты умирать.
I День гас; в наряде голубом Крутясь бежал Гвадалкивир,
Улыбаюсь, а сердце плачет в одинокие вечера. Я люблю тебя. Это значит —
Не плоть, а дух растлился в наши дни, И человек отчаянно тоскует… Он к свету рвется из ночной тени́ И, свет обре́тши, ропщет и бунтует.
Мелколесье. Степь и дали. Свет луны во все концы. Вот опять вдруг зарыдали Разливные бубенцы.
Великий день Бородина Мы братской тризной поминая, Твердили: "Шли же племена, Бедой России угрожая;
Никому мечты не поверяйте, Ах, её не скажешь, не сгубя! Что вы знаете, то знайте Для себя.
Слава, Слава, Слава героям!!! Впрочем, им
Ликуйте, друзья, ставьте чаши вверх дном, Пейте! На пиру этой жизни, как здесь на моем, Не робейте!
Кто муки знал когда-нибудь, И чьи к любви закрылись вежды, Того от страха и надежды Вторично не забьется грудь.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.