2851 Гумилёв Н. В Бретани
Здравствуй, море! Ты из тех морей, По которым плавали галеры, В шёлковых кафтанах кавалеры Покоряли варварских царей.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Здравствуй, море! Ты из тех морей, По которым плавали галеры, В шёлковых кафтанах кавалеры Покоряли варварских царей.
За днями серыми и тёмными ночами Настала светлая прощальная пора. Спокойно дремлет день над тихими полями, И веют прелестью раздумья вечера.
Мы лежали и смерти ждали — Не люблю я равнин с тех пор… Заслужили свои медали Те, кто били по нас в упор, —
Помни закон: Здесь не владей! Чтобы потом – В Граде Друзей:
Над городом, отвергнутым Петром, Перекатился колокольный гром. Гремучий опрокинулся прибой Над женщиной, отвергнутой тобой.
Веселый вечер в жизни нашей Запомним, юные друзья; Шампанского в стеклянной чаше Шипела хладная струя.
На небесах печальная луна Встречается с веселою [зарею], Одна горит, другая холодна. Заря блестит невестой молодою,
Бессонница! Друг мой! Опять твою руку С протянутым кубком Встречаю в беззвучно –
Вы с нами, сестры нежные, так долго Делили бремя тяжкое войны! Глаза у вас от дыма почернели И кровью рукава обагрены.
Рифма, звучная подруга Вдохновенного досуга, Вдохновенного труда, [Ты умолкла, онемела];
Мимо ночных башен Площади нас мчат. Ох, как в ночи страшен Рев молодых солдат!
Если б мы не дети были, Если б слепо не любили, Не встречались, не прощались, Мы с страданьем бы не знались.
Горишь ли ты, лампада наша, Подруга бдений и пиров? Кипишь ли ты, златая чаша, В руках веселых остряков?
О души бессмертный дар! Слезный след жемчужный! Бедный, бедный мой товар, Никому не нужный!
Ах, несмотря на гаданья друзей, Будущее – непроглядно. В платьице – твой вероломный Тезей, Маленькая Ариадна.
Блажен, кто в шуме городском Мечтает об уединеньи, Кто видит только в отдаленьи Пустыню, садик, сельской дом,
Раз, полунощной порою, Сквозь туман и мрак, Ехал тихо над рекою Удалой козак.
За то, что я теперь спокойный, И умерла моя свобода, — О самой светлой, о самой стройной Со мной беседует природа.
Чердачный дворец мой, дворцовый чердак! Взойдите. Гора рукописных бумаг… Так. – Руку! – Держите направо, – Здесь лужа от крыши дырявой.
Ночной простор. Я жгу костер. Вокруг туман, как море... Я одинок – простой челнок, Затерянный в просторе.
Нет, не думайте, дорогая, О сплетеньи мышц и костей, О святой работе, о долге… Это сказки для детей.
И совсем не в мире мы, а где-то На задворках мира средь теней, Сонно перелистывает лето Синие страницы ясных дней.
И взглянул, как в первые раза Не глядят. Черные глаза глотнули взгляд. Вскинула ресницы и стою.
Солнышко уж встало И глядит в окно; Уж щебечут птички За окном давно.
Молодую рощу шумную – Дровосек перерубил. То, что Господом задумано – Человек перерешил.
Осколки голубого сплава Валяются в сухом песке. Здесь всё: и боевая слава
Благословляю новоселье, Куда домашний свой кумир Ты перенес – а с ним веселье, Свободный труд и сладкий мир.
В тиши задремавшего парка «Люблю» мне шепнула она. Луна серебрилась так ярко, Так зыбко дрожала волна.
Через ливонские я проезжал поля, Вокруг меня все было так уныло... Бесцветный грунт небес, песчаная Земля — Все на душу раздумье наводило...
Ни к городу и ни к селу – Езжай, мой сын, в свою страну, – В край – всем краям наоборот! – Куда назад идти – вперед
Зевес быкам дал рога, Копыты лошадям, Проворны зайцам ноги, Зубасты зевы львам,
(Борису Мессереру) Когда жалела я Бориса, а он меня в больницу вёз, стихотворение «Больница»
Не ветром ветреным – до – осени Снята гроздь. Ах, виноградарем – до – осени Пришел гость.
Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья, Я увядаю в полном цвете! Пускай! — я не был раб земного наслажденья, Не для людей я жил на свете.
От многоречия отрекшись добровольно, В собраньи полном слов не вижу пользы я: Для счастия души, поверьте мне, друзья, Иль слишком мало всех, иль одного довольно.
В мае опять состоится сбор, Съедутся все друзья. Звучно ударит в дно хрусталя Алой дугой струя.
С темной веткою шепчется ветка, Под ногами ложится трава, Где-то плачет сова… Дай мне руку, пугливая детка!
Кто мне пришлет ее портрет, Черты волшебницы прекрасной Талантов обожатель страстный, Я прежде был ее поэт.
Ночные шепота: шелка Разбрасывающая рука. Ночные шепота: шелка Разглаживающие уста.
Два звонка уже и скоро третий, Скоро взмах прощального платка… Кто поймет, но кто забудет эти Пять минут до третьего звонка?
Мореплаватель Павзаний С берегов далёких Нила В Рим привёз и шкуры ланей, И египетские ткани,
Напрасно воспевать мне ваши имянины При всем усердии послушности моей; Вы не милее в день святой Екатерины За тем, что никогда не льзя быть вас милей.
С Гомером долго ты беседовал один, Тебя мы долго ожидали, И светел ты сошел с таинственных вершин И вынес нам свои скрижали.
Дильбар поет – она рубашку шьет, Серебряной иглой рубашку шьет. Куда там песня! – ветер не дойдет Туда, где милый ту рубашку ждет.
Покров, упитанный язвительною кровью, Кентавра мстящий дар, ревнивою любовью Алкиду передан. Алкид его приял, В божественной крови яд быстрый побежал.
Мухи, как чёрные мысли, весь день не дают мне покою: Жалят, жужжат и кружатся над бедной моей головою! Сгонишь одну со щеки, а на глаз уж уселась другая, Некуда спрятаться, всюду царит ненавистная стая,
У камина, у камина Ночи коротаю. Все качаю и качаю Маленького сына.
Я не смею больше молиться, Я забыл слова литаний, Надо мной грозящая птица, И глаза у неё — огни.
Что-то подходит близко, верно, Холод томящий в грудь проник. Каждою ночью в тьме безмерной Я вижу милый, странный лик.
На кресле отвалясь, гляжу на потолок, Где, на задор воображенью, Над лампой тихою подвешенный кружок Вертится призрачною тенью.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.