5251 Гумилёв Н. Открытие Америки : песнь четвёртая
Песнь четвёртая Мы взошли по горному карнизу Так высоко за гнездом орла; Вечер сбросил золотую ризу,
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Песнь четвёртая Мы взошли по горному карнизу Так высоко за гнездом орла; Вечер сбросил золотую ризу,
Маленький домашний дух, Мой домашний гений! Вот она, разлука двух Сродных вдохновений!
Божественно, детски-плоско Короткое, в сборку, платье. Как стороны пирамиды От пояса мчат бока.
Однажды Змея, странствуя, заползла в кузницу оружейника. Скользя по полу, она уколола кожу о лежавший там напильник. В ярости Змея развернулась и попыталась вонзить в него свои клыки. Но тяжёлому железу её укус не причинил никакого вреда, и вскоре ей пришлось оставить свою злобу.
Всего леса вдоль Я ласкал Жанетту. Целовал Жанетту Всего леса вдоль.
О! вы, которые в молитвах и слезах Теснились вкруг моей страдальческой постели, Которые меня в борьбе с недугом зрели, О дети, о друзья! на мой спокойный прах
Люблю – но мука еще жива. Найди баюкающие слова: Дождливые, – расточившие все́ Сам выдумай, чтобы в их листве
Масти, плоченные втрое Стоимости, страсти пот, Слезы, волосы, – сплошное Исструение, а тот
Андрей Шенье взошел на эшафот, А я живу – и это страшный грех. Есть времена – железные – для всех. И не певец, кто в порохе – поет.
Мне ль, которой ничего не надо, Кроме жаркого чужого взгляда, Да янтарной кисти винограда, – Мне ль, заласканной до тла и всласть,
Чем окончился этот случай, Не узнать ни любви, ни дружбе. С каждым днем отвечаешь глуше, С каждым днем пропадаешь глубже.
Скоро весна засмеётся в лесах, Белых берёз листва зашумит, Гроздья черёмух повиснут в садах, Хор соловьиный в ночи зазвенит.
День угасший Нам порознь нынче гас. Это жестокий час – Для Вас же.
Мы вышли вместе… Наобум Я шел во мраке ночи, А ты… уж светел был твой ум, И зорки были очи.
Восхищенной и восхищённой, Сны видящей средь бела дня, Все спящей видели меня, Никто меня не видел сонной.
По утрам просыпаются птицы, Выбегают в поле газели, И выходит из шатра европеец, Размахивая длинным бичом.
„Я на костре себя сжигаю!“ — И я горю, и в сердце пламень мой! — „Я каждый воскреснуть, умираю!“ — Бывает то ж, но чаще, и со мной! —
Умолкнул стон, и цепи сокрушились Святою кровию Христа, И ветви мира распустились На древе честнаго Креста.
В день Светлого Воскресения Ты прав, любезный мой поэт! Твое послание на русском Геликоне, При русском мерзлом Аполлоне,
Мой, нежной дружбою написанный, портрет, Тебе, как дар любви, в сей день я посвящаю; Мой друг, тобой одним я прелесть жизни знаю, А без тебя — и счастья нет!
Друг, сопутник и хранитель! Будь священный кубок сей Днесь того изобразитель, Что всегда в душе моей!
Женам — ждать. Что ж, им привычно это. Ждать с собраний, Со свиданий
Не говори: одним высоким Я на земле воспламенен, К нему лишь с чувством я глубоким Бужу забытой лиры звон;
Слезы, слезы – живая вода! Слезы, слезы – благая беда! Закипайте из жарких недр, Проливайтесь из жарких век.
Желтое поле. Солнечный полдень, Старая липа, Маленький мальчик
Приветы иногда злых умыслов прикраса. Один Московский гражданин, Пришлец из Арзамаса,
Натуры пасынок, проказ ее пример, Пиита, философ и унтер-офицер! Ограблен мачехой, обиженный судьбою, Имеешь редкий дар — довольным быть собою.
А девы – не надо. По вольному хладу, По синему следу Один я поеду.
Т– прав, когда так верно вас Сравнил он с радугой живою: Вы милы, как она, для глаз И как она пременчивы душою;
Греческая баллада „Открывай скорей окошки! Я оденусь без Матрешки! Уж карета подана!
Та́к – только Елена глядит над кровлями Троянскими! В столбняке зрачков Четыре провинции обескровлено И обезнадежено сто веков.
Голубиная купель, Небо: тридевять земель. Мне, за тем гулявшей за́ морем, Тесно в одиночной камере
Сестрам Тургеневым У них глаза одни и те же И те же голоса. Одна цветок неживше-свежий,
Он будет прав, потомства суд!.. И прав, и грозен будет он: Чей мертвый слух не потрясут Ни клич добра, ни братьев стон,
Мой письменный верный стол! Спасибо за то, что ствол Отдав мне, чтоб стать – столом, Остался – живым стволом!
Окно раскрыло створки – Как руки. Но скрестив Свои – взирает с форта: На мыс – отвес – залив
Полночь било; в добрый час! Спите, Бог не спит за нас! Как все молчит!.. В полночной глубине Окрестность вся как будто притаилась;
Есть ли же толк? Что ты примолк? Скучно писать! Лучше зевать,
За девками доглядывать, не скис ли в жбане квас, оладьи не остыли ль, Да перстни пересчитывать, анис Всыпая в узкогорлые бутыли.
И глупо звать его «Красная Ницца», и скушно звать
1 Оставленная пустынь предо мной Белеется вечернею порой. Последний луч на ней еще горит;
Так и буду лежать, лежать Восковая, да ледяная, да скорченная. Так и будут шептать, шептать: – Ох, шальная! ох, чумная! ох, порченная!
Когда брала ты арфу в руки Воспеть твоей подруги страсть, Протяжные и тихи звуки Над сердцем нежным сильну власть
Светит месяц; на кладбище Дева в черной власянице Одинокая стоит, И слеза любви дрожит
Дом, с зеленою гущей: Кущ зеленою кровью… Где покончила – пуще Чем с собою: с любовью.
Начнем ab ovo: Мой Езерский Происходил от тех вождей, Чей в древни веки парус дерзкий
От лихой любовной думки Как уеду по чугунке – Распыхтится паровоз, И под гул его угрюмый
Проще и проще Пишется, дышится. Зорче и зорче Видится, слышится.
Большими тихими дорогами, Большими тихими шагами… Душа, как камень, в воду брошенный – Все расширяющимися кругами…
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.