Портрет автора Николай Некрасов

Выдающийся русский поэт, писатель и журналист, один из ведущих представителей русской литературы второй половины XIX века. Известен своей глубокой социальной лирикой, в которой отстаивал интересы угнетённых слоёв населения, особенно крестьянства. Автор знаменитых произведений, таких как "Кому на Руси жить хорошо" и "Мороз, Красный нос", Некрасов внёс значительный вклад в развитие русского реалистического искусства. Его поэзия отличается эмоциональной насыщенностью, мастерством описания русской природы и жизни простых людей.

Дата рождения:10 дек 1821
Место рождения:Немиров, Подольская губерния
Дата смерти:8 янв 1878 (56 лет)
Место смерти:Санкт-Петербург
Род деятельности:Поэт, публицист
Произведений в базе:436
Цитат в цитатнике:20 перейти
В дороге

«Скучно! скучно!.. Ямщик удалой, Разгони чем-нибудь мою скуку! Песню, что ли, приятель, запой Про рекрутский набор и разлуку;

Пьяница

Жизнь в трезвом положении Куда нехороша! В томительном борении Сама с собой душа,

Современная ода

Украшают тебя добродетели, До которых другим далеко, И — беру небеса во свидетели — Уважаю тебя глубоко…

Старушке

Когда еще твой локон длинный Вился над розовой щекой И я был юноша невинный, Чистосердечный и простой,—

Перед дождем

Заунывный ветер гонит Стаю туч на край небес, Ель надломленная стонет, Глухо шепчет темный лес.

Огородник

Не гулял с кистенем я в дремучем лесу, Не лежал я во рву в непроглядную ночь,— Я свой век загубил за девицу-красу, За девицу-красу, за дворянскую дочь.

Тройка

Что ты жадно глядишь на дорогу В стороне от веселых подруг? Знать, забило сердечко тревогу — Всё лицо твое вспыхнуло вдруг.

Родина

И вот они опять, знакомые места, Где жизнь отцов моих, бесплодна и пуста, Текла среди пиров, бессмысленного чванства, Разврата грязного и мелкого тиранства;

Псовая охота

Провидению угодно было создать человека так, что ему нужны внезапные потрясения, восторг, порыв и хотя мгновенное забвение от житейских забот; иначе, в уединении, грубеет нрав и вселяются разные порок

На улице. 3. Гробок

Вот идет солдат. Под мышкою Детский гроб несет, детинушка. На глаза его суровые Слезы выжала кручинушка.

На улице. 4. Ванька

Смешная сцена! Ванька-дуралей, Чтоб седока промыслить побогаче, Украдкой чистит бляхи на своей Ободранной и заморенной кляче.

Мое разочарование

Говорят, что счастье наше скользко,— Сам, увы! я то же испытал! На границе Юрьевец-Повольска В собственном селе я проживал.

Деловой разговор

Журналист (выходя утром в свой, кабинет и садясь к рабочему столу) Вот почта новая. Какая груда дел! Куда деваться мне от писем и посылок?

Новый год

Что новый год, то новых дум, Желаний и надежд Исполнен легковерный ум И мудрых и невежд.

Муза

Нет, Музы ласково поющей и прекрасной Не помню над собой я песни сладкогласной! В небесной красоте, неслышимо, как дух, Слетая с высоты, младенческий мой слух

За городом

«Смешно! нас веселит ручей, вдали журчащий, И этот темный дуб, таинственно шумящий; Нас тешит песнею задумчивой своей, Как праздных юношей, вечерний соловей;

Старики

Неизбежные напасти, Бремя лет, трудов и зла Унесли из нашей страсти Много свету и тепла.

Застенчивость

Ах ты, страсть роковая, бесплодная, Отвяжись, не тумань головы! Осмеет нас красавица модная, Вкруг нее увиваются львы:

Филантроп

Частию по глупой честности, Частию по простоте, Пропадаю в неизвестности, Пресмыкаюсь в нищете.

Памяти Белинского

Наивная и страстная душа, В ком помыслы прекрасные кипели, Упорствуя, волнуясь и спеша, Ты честно шел к одной высокой цели;

Буря

Долго не сдавалась Любушка-соседка, Наконец шепнула: «Есть в саду беседка, Как темнее станет — понимаешь ты?..»

14 июня 1854 года

Великих зрелищ, мировых судеб Поставлены мы зрителями ныне: Исконные, кровавые враги, Соединясь, идут против России;

Лето

Умирает весна, умирает, Водворяется жаркое лето. Сердит муха, комар сноровляет Укусить, — всё роскошно одето!

Маша

Белый день занялся над столицей, Сладко спит молодая жена, Только труженик муж бледнолицый Не ложится — ему не до сна!

Свадьба

В сумерки в церковь вхожу. Малолюдно, Светят лампады печально и скудно, Темны просторного храма углы; Длинные окна, то полные мглы,

Влас

В армяке с открытым воротом, С обнаженной головой, Медленно проходит городом Дядя Влас — старик седой.

Наследство

Скончавшись, старый инвалид Оставил странное наследство: Как, сколько раз, когда был бит До дней преклонных с малолетства, —

Карета

О филантропы русские! Бог с вами! Вы непритворно любите народ, А ездите с огромными гвоздями, Чтобы впотьмах усталый пешеход

На родине

Роскошны вы, хлеба заповедные Родимых нив,— Цветут, растут колосья наливные, А я чуть жив!

Гадающей невесте

У него прекрасные манеры, Он не глуп, не беден и хорош, Что гадать? ты влюблена без меры И судьбы своей ты не уйдешь.

В больнице

Вот и больница. Светя, показал В угол нам сонный смотритель. Трудно и медленно там угасал Честный бедняк сочинитель.

Демону

Где ты, мой старый мучитель, Демон бессонных ночей? Сбился я с толку, учитель, С братьей болтливой моей.

Мысль

Спит дряхлый мир, спит старец обветшалый, Под грустной тению ночного покрывала, Едва согрет остатками огня Уже давно погаснувшего дня.

Смерти

Не приходи в часы волнений, Сердечных бурь и мятежей, Когда душа огнем мучений Сгорает в пламени страстей.

Безнадежность

Жизнь без надежд — тропа без цели, Страсть без огня, без искр кремень, Пир буйный Вакха без веселий, Без слез тоска, без света день.

Человек

Когда сверкнет звезда полночи На полусонную Неву, Ряды былых событий очи Как будто видят наяву...

Поэзия

«Я владею чудным даром, Много власти у меня; Я взволную грудь пожаром, Брошу в холод из огня,

Моя судьба

Мне плакать хочется, а плакать в мире стыдно Увидят люди — осмеют И с едкой клеветой, с улыбкою обидной Притворством слезы назовут.

Два мгновения

Печальный свет лампады озаряет Чело певца; задумчивый поэт К себе гостей заветных ожидает, Зовет, манит; напрасно всё: их нет!

Изгнанник

Еще младенцу в колыбели Мечты мне тихо песни пели, И с ними свыклася душа. Они, чудесной жизни полны,

Рукоять

Не рылся я в земле в надежде вырыть злато, Приюта мертвецов в ночи не разгребал; Но, каюсь, — из руки усопшего собрата Нехитрый черенок я сделал на кинжал.

Жизнь

Прекрасно, высоко твое предназначенье, Святой завет того, которого веленье, Премудро учредя порядок естества, Из праха создало живые существа;

Колизей

Поросшие мхом, окаймленные плющем, Развалины древнего зданья стоят, Ничем не напомнят они о живущем, О смерти на каждом шагу говорят.

Ангел смерти

Придет пора преображенья, Конец житейского пути, Предсмертной муки приближенье Заслышу в ноющей груди,

Истинная мудрость

Не всё постигнул ум надменный, Не всё светло для мудреца, Есть много таин во вселенной, Ключи которых у творца.

Земляку

Бывали дни — в стране родной Мы жили вместе, пылки, юны, Но чисты сердцем и душой. Судеб карающих перуны,

Горы

Передо мной Кавказ суровый, Его дремучие леса И цепи гор белоголовой Угрюмо-дикая краса.

Злой дух

Дух нечистый, дух порочный, Как прокрался ты ко мне? Для чего ты в час полночный Здесь, со мной наедине?

Турчанка

Гюльнара, гурия младая! Как много пламени, лучей, Любови, музыки, речей, Приветов, ласк и песен рая

Сомнение

Ты начал жить. Роскошен жизни пир, На этот пир ты позван для блаженства. Велик, хорош, изящен божий мир, Обилен всем и полон совершенства.

Покойница

«Кто умер здесь? какой потери Печаль встревожила сердца? Откройте гробовые двери — Хочу взглянуть на мертвеца!

Ворон : Баллада

Не шум домовых на полночном пиру, Не рати воинственной топот — То слышен глухой в непробудном бору Голодного ворона ропот.

Рыцарь : Баллада

Не жалобной чайки могильные крики, Не сонного филина грустный напев, Не говор унылый с волной повилики, Не песни тоской сокрушаемых дев,

Водяной : Баллада

«Меня из-под солнца сманил Водяной В подводные царства Дуная, Оковано сердце броней ледяной, И стала совсем я иная:

Незабвенный вечер

Как быстро, быстро промелькнул Восторг любви первоначальной! Я помню: ветер тихо дул, Приветно пел ручей хрустальный,

Могила брата

Я был на могиле, похитившей брата, И горькие слезы кропили ее, В душе пролилася святая отрада, От горя проснулося сердце мое.

Вчера, сегодня : сонет

Вчера я бесстрашно сидел под грозою И с мужеством буйным смотрел в небеса, Не робостью кроткой — надменной мечтою, Суровой отвагой горели глаза.

Ночь

I Я не сплю, не сплю — не спится, Сердце грустию томится,

Дни благословенные

Дни благословенные, дни многоотрадные Промелькнувшей радости, Снова уловляю я памятию жадною Нектар вашей сладости.

Обет

О, покинь меня! напрасно О любви мне не тверди И так пламенно, так страстно На страдальца не гляди!

Красавице

Красавица! не пой веселых песен мне! Они пленительны в устах прекрасной девы, Но больше я люблю печальные напевы: Они манят к той дивной стороне,

Тот не поэт

Кто духом слаб и немощен душою, Ударов жребия могучею рукою Бесстрашно отразить в чьем сердце силы нет Кто у него пощады вымоляет,

Песня Замы

Силен и строен мой милый, нет равного В мире красавца ему, В поле средь брани, средь игрища славного Мало двоих одному.

Час молитвы

Когда взойдет денница золотая На небосвод И, красотой торжественно сияя, Мрак разнесет,

Смуглянке

Черны, черны тени ночи, Но черней твоя коса И твои живые очи, Ненаглядная краса.

Сердцу

Она так нежно, так заботно В тот час взглянула мне в лицо, Она, казалось, неохотно Взяла венчальное кольцо,—

Признание

Я пленен, я очарован, Ненаглядная, тобой, Я навек к тебе прикован Цепью страсти роковой.

Разговор

Тело Что ты, душа, так ноешь, страждешь, Грустишь и плачешь день и ночь,

Дума

О чем тоска и сокрушенье, О чем вседневная печаль, Роптанья, слезы, сожаленье — Что тратим мы, чего нам жаль?

В альбом

Не пошлость старого обычая поэтов Стихами воспевать красавицу свою Причиною тому, что никаких куплетов, Красавица моя! тебе я не пою,

Мелодия

(К. А. Д.) Есть страна на севере, сердцу драгоценная; В неге поэтической Пела лишь веселье там лира вдохновенная

Наш век

Свет похож на торг, где вечно, Надувать других любя, Человек бесчеловечно Надувает сам себя.

Офелия

В наряде странность, беспорядок, Глаза — две молнии во мгле, Неуловимый отпечаток Какой-то тайны на челе;

К ней!!!!!

Гляжу с тоской на розы я и тернии И думой мчусь на край миров: Моя душа в Саратовской губернии, У светлых волжских берегов.

День рожденья

Как много дум наводит день рожденья! Как много чувств в душе он шевелит! Тот от души его благословит И проведет с друзьями в наслажденье.

Скорбь и слезы

Мне плакать хочется… Зачем же я не плачу, Остановляю слез исход? Зачем тоску, как радость, в сердце прячу, Когда она так сердце жмет?

Табак

Табак не признан модным франтом, Но человек с прямым умом, Писатель с истинным талантом Живут, как с другом, с табаком.

Актриса

На сцене я для всех загадка: Иначе действую, хожу, Смотрю так весело, так сладко, Что хоть кого обворожу.

Песнь Марии

(Из драмы «Материнское благословение») В хижину бедную, богом хранимую, Скоро ль опять возвращусь?

Кабинет

восковых фигур из Вены, в человеческий рост, содержащий более 125 частию вращающихся фигур или автоматов, групп и изображений предметов исторических и мифологических, из коих многие целые из воску Ка

И скучно, и грустно!

И скучно, и грустно, и некого в карты надуть В минуту карманной невзгоды… Жена?.. но что пользы жену обмануть? Ведь ей же отдашь на расходы!

Ростовщик

Было года мне четыре, Как отец сказал: «Вздор, дитя мое, всё в мире! Дело — капитал!»

Чиновник

Как человек разумной середины, Он многого в сей жизни не желал: Перед обедом пил настойку из рябины И чихирем обед свой запивал.

Отрывок

Родился я в губернии Далекой и степной И прямо встретил тернии В юдоли сей земной.

Загадка

Художества любитель, Тупейший, как бревно, Аристократов чтитель, А сам почти <----->;

Послание к Лонгинову

Недавний гражданин дряхлеющей Москвы, О друг наш Лонгинов, покинувший — увы! — Бассейной улицы приют уединенный, И Невский, и Пассаж, и клуба кров священный,

К N. N.

Мой бедненький цветок в красе благоуханной, На радостной заре твоих весенних дней Тебя, красавица, пришелец нежеланный Сорвал по прихоти своей.

Послание к соседу

Гну пред тобою низко спину За сладко-вкусный твой горох. Я им объелся! Я в восторг Пришел!.. Как сахар, как малину,

Ода «Сон»

(Подражание Василию Кирилловичу Тредьяковскому) Покоясь спят все одре мягком на, Тем приятства вкушая от сладкого сна;

Ода «Чай»

(Подражание Василию Кирилловичу Тредьяковскому) Смертных ты поишь, настоян горячей водой, Тем, чтоб согренье желудка дать той,—

Ревность

Есть мгновенья дум упорных, Разрушительно-тлетворных, Мрачных, буйных, адски-черных, Сих — опасных как чума —

Женщина, каких много

Она росла среди перин, подушек, Дворовых девок, мамок и старушек, Подобострастных, битых и босых… Ее поддерживали с уваженьем —

На Майкова (1855 года)

Давно ли воспевал он прелести свободы? А вот уж цензором… начальством одобрен, Стал академиком и сочиняет оды, А наставительный всё не кидает тон.

Прощанье

Мы разошлись на полпути, Мы разлучились до разлуки И думали: не будет муки В последнем роковом «прости».

Влюбленному

Как вести о дороге трудной, Когда-то пройденной самим, Внимаю речи безрассудной, Надеждам розовым твоим.

Княгиня

Дом — дворец роскошный, длинный, двухэтажный. С садом и с решеткой; муж — сановник важный. Красота, богатство, знатность и свобода — Всё ей даровали случай и природа.

Прости

Прости! Не помни дней паденья, Тоски, унынья, озлобленья,— Не помни бурь, не помни слез, Не помни ревности угроз!

Школьник

— Ну, пошел же, ради бога! Небо, ельник и песок — Невеселая дорога… Эй! садись ко мне, дружок!

Н. Ф. Крузе

В печальной стороне, где родились мы с вами, Где всё разумное придавлено тисками, Где всё безмозглое отмечено звездами, Где силен лишь обман,—

<А. Е. Мартынову>

Со славою прошел ты полдороги, Полпоприща ты доблестно свершил, Мы молим одного: чтоб даровали боги Тебе надолго крепость сил!..

Песня Еремушке

— Стой, ямщик! жара несносная, Дальше ехать не могу! — Вишь, пора-то сенокосная — Вся деревня на лугу.

Папаша

Я давно замечал этот серенький дом, В нем живут две почтенные дамы, Тишина в нем глубокая днем, Сторы спущены, заперты рамы.

Первый шаг в Европу

Как дядю моего, Ивана Ильича, Нечаянно сразил удар паралича, В его наследственном имении Корсунском,— Я памятник ему воздвигнул сгоряча,

Знахарка

Знахарка в нашем живет околодке: На́ воду шепчет, на гуще, на водке Да на каких-то гадает травах.

Плач детей

Равнодушно слушая проклятья В битве с жизнью гибнущих людей, Из-за них вы слышите ли, братья, Тихий плач и жалобы детей?

На псарне

Ты, старина, здесь живешь, как в аду, Воля придет,— чай, бежишь без оглядки? — На́што мне воля? куда я пойду? Нету ни батьки, ни матки,

Гимн «Времени»

Меж тем как Гарибальди дремлет, Колеблется пекинский трон, Гаэта реву пушек внемлет, Дает права Наполеон,—

На смерть Шевченко

Не предавайтесь особой унылости: Случай предвиденный, чуть не желательный. Так погибает по божией милости Русской земли человек замечательный

Похороны

Меж высоких хлебов затерялося Небогатое наше село. Горе горькое по́ свету шлялося И на нас невзначай набрело.

Крестьянские дети

Опять я в деревне. Хожу на охоту, Пишу мои вирши — живется легко, Вчера, утомленный ходьбой по болоту, Забрел я в сарай и заснул глубоко.

Дума

Сторона наша убогая, Выгнать некуда коровушку. Проклинай житье мещанское Да почесывай головушку.

20 ноября 1861

Я покинул кладбище унылое, Но я мысль мою там позабыл,— Под землею в гробу приютилася И глядит на тебя, мертвый друг!

Свобода

Родина-мать! по равнинам твоим Я не езжал еще с чувством таким! Вижу дитя на руках у родимой,

Слезы и нервы

О слезы женские, с придачей Нервических, тяжелых драм! Вы долго были мне задачей, Я долго слепо верил вам

Рыцарь на час

Если пасмурен день, если ночь не светла, Если ветер осенний бушует, Над душой воцаряется мгла, Ум, бездействуя, вяло тоскует.

Кумушки

Темен вернулся с кладбища Трофим; Малые детки вернулися с ним, Сын да девочка. Домой-то без матушки

Песня об «Аргусе»

Я полагал, с либерального Есть направленья барыш — Больше, чем с места квартального. Что ж оказалося — шиш!

Калистрат

Надо мной певала матушка, Колыбель мою качаючи: «Будешь счастлив, Калистратушка! Будешь жить ты припеваючи!»

Пожарище

Весело бить вас, медведи почтенные, Только до вас добираться невесело, Кочи, ухабины, ели бессменные! Каждое дерево ветви повесило,

Начало поэмы

Опять она, родная сторона С ее зеленым, благодатным летом, И вновь душа поэзией полна… Да, только здесь могу я быть поэтом!

Возвращение

И здесь душа унынием объята. Не ласков был мне родины привет; Так смотрит друг, любивший нас когда-то, Но в ком давно уж прежней веры нет.

Железная дорога

Ваня (в кучерском армячке). Папаша! кто строил эту дорогу? Папаша (в пальто на красной подкладке). Граф Петр Андреевич Клейнмихель, душенька!

Славная осень

Славная осень! Здоровый, ядрёный Воздух усталые силы бодрит; Лёд неокрепший на речке студёной Словно как тающий сахар лежит;

Памяти Добролюбова

Суров ты был, ты в молодые годы Умел рассудку страсти подчинять. Учил ты жить для славы, для свободы, Но более учил ты умирать.

Газетная

…Через дым, разъедающий очи Милых дам, убивающих ночи За игрою в лото-домино, Разглядеть что-нибудь мудрено.

<Чернильница>

Предмет, любопытный для взора: Огромный кусок лабрадора, На нем богатырь-великан В славянской кольчуге и в шлеме,

Балет

Дианы грудь, ланиты Флоры Прелестны, милые друзья, Но, каюсь, ножка Терпсихоры Прелестней чем-то для меня;

В. И. Асташеву

Посылаю поклон Веньямину. На письмо твое должен сказать: Не за картами гну теперь спину, Как изволите вы полагать.

Перед зеркалом

Шляпа, перчатки, портфейль, Форменный фрак со звездою, Несколько впалая грудь, Правый висок с сединою.

Притча о «Киселе»

Жил-был за тридевять земель, В каком-то царстве тридесятом, И просвещенном, и богатом, Вельможа, именем — Кисель.

Выбор

Ночка сегодня морозная, ясная. В горе стоит над рекой Русская девица, девица красная, Щупает прорубь ногой.

Эй, Иван!

(Тип недавнего прошлого) Вот он весь, как намалеван, Верный твой Иван:

С работы

«Здравствуй, хозяюшка! Здравствуйте, детки! Выпить бы. Эки стоят холода!» — Ин ты забыл, что намедни последки Выпил с десятником? —

<Эпитафия>

Зимой играл в картишки В уездном городишке, А летом жил на воле, Травил зайчишек груды

Мать

Она была исполнена печали, И между тем, как шумны и резвы Три отрока вокруг нее играли, Ее уста задумчиво шептали:

Дома - лучше!

В Европе удобно, но родины ласки Ни с чем не сравнимы. Вернувшись домой, В телегу спешу пересесть из коляски И марш на охоту! Денек недурной,

Притча

Прислушайте, братцы! Жил царь в старину, Он царствовал бодро и смело. Любя бескорыстно народ и страну, Задумал он славное дело:

Кузнец

(Памяти Н. А. Милютина) Чуть колыхнулось болото стоячее, Ты ни минуты не спал.

Бунт

…Скачу, как вихорь, из Рязани, Являюсь: бунт во всей красе, Не пожалел я крупной брани — И пали на колени все!

Дядюшка Яков

Дом — не тележка у дядюшки Якова. Господи боже! чего-то в ней нет! Седенький сам, а лошадка каракова; Вместе обоим сто лет.

Пчелы

На-тко медку! с караваем покушай, Притчу про пчелок послушай! Нынче не в меру вода разлилась,

Соловьи

Качая младшего сынка, Крестьянка старшим говорила: «Играйте, детушки, пока! Я сарафан почти дошила;

Утро

Ты грустна, ты страдаешь душою: Верю — здесь не страдать мудрено. С окружающей нас нищетою Здесь природа сама заодно.

Страшный год (1870)

Страшный год! Газетное витийство И резня, проклятая резня! Впечатленья крови и убийства, Вы вконец измучили меня!

<П. А. Ефремову>

Взглянув чрез много, много лет На неудачный сей портрет, Скажи: изрядный был поэт, Не хуже Фета и Щербины,

Уныние

I Сгорело ты, гнездо моих отцов! Мой сад заглох, мой дом бесследно сгинул,

Путешественник

В городе волки по улицам бродят, Ловят детей, гувернанток и дам, Люди естественным это находят, Сами они подражают волкам.

Отъезжающему

Даже вполголоса мы не певали, Мы — горемыки-певцы! Под берегами мы вёдро прождали, Словно лентяи-пловцы.

Элегия : А. Н. Еракову

Пускай нам говорит изменчивая мода, Что тема старая «страдания народа» И что поэзия забыть ее должна, Не верьте, юноши! не стареет она.

Пророк

Не говори: "Забыл он осторожность! Он будет сам судьбы своей виной!.." Не хуже нас он видит невозможность Служить добру, не жертвуя собой.

Как празднуют трусу

Время-то есть, да писать нет возможности. Мысль убивающий страх: Не перейти бы границ осторожности — Голову держит в тисках!

К портрету **

Твои права на славу очень хрупки, И если вычесть из заслуг Ошибки юности и поздних лет уступки,— Пиши пропало, милый друг!

Сеятелям

Сеятель знанья на ниву народную! Почву ты, что ли, находишь бесплодную, ‎Худы ль твои семена? Робок ли сердцем ты? слаб ли ты силами?

Молебен

Холодно, голодно в нашем селении. Утро печальное — сырость, туман, Колокол глухо гудит в отдалении, В церковь зовет прихожан.

Друзьям

Я примирился с судьбой неизбежною, Нет ни охоты, ни силы терпеть Невыносимую муку кромешную! Жадно желаю скорей умереть.

Музе

О Муза! наша песня спета. Приди, закрой глаза поэта На вечный сон небытия, Сестра народа — и моя!

Старость

Просит отдыха слабое тело, Душу тайная жажда томит. Горько ты, стариковское дело! Жизнь смеется, — в глаза говорит:

Приговор

«…Вы в своей земле благословенной Парии — не знает вас народ, Светский круг, бездушный и надменный, Вас презреньем хладным обдает.

Посвящение

Вам, мой труд ценившим и любившим, Вам, ко мне участье сохранившим В черный год, нависший надо мной, Посвящаю труд последний мой!

Письма

Плачь, горько плачь! Их не напишешь вновь, Хоть написать, смеясь, ты обещала... Они навек погибли, как любовь, Которая их сердцу диктовала.

Горящие письма

Они горят!.. Их не напишешь вновь, Хоть написать, смеясь, ты обещала… Уж не горит ли с ними и любовь, Которая их сердцу диктовала?

Баюшки-баю

Непобедимое страданье, Неутолимая тоска… Влечет, как жертву на закланье, Недуга черная рука.

Ты не забыта…

«Я была вчера еще полезна Ближнему — теперь уж не могу! Смерть одна желанна и любезна — Пулю я недаром берегу…»

Осень

Прежде — праздник деревенский, Нынче — осень голодна; Нет конца печали женской, Не до пива и вина.

Муж и жена

«Глашенька! пустошь Ивашево — Треть состояния нашего: Не продавай ее, ангельчик мой! Выдай обратно задаток…»

Сон

Мне снилось: на утесе стоя, Я в море броситься хотел, Вдруг ангел света и покоя Мне песню чудную запел:

Что нового?

Администрация — берет И очень скупо выпускает, Плутосократия дерет И ничего не возвращает,

Приметы

Видно, вновь в какой нелепости Молодежь уличена,— На квартиры подле крепости Поднимается цена.

К портрету ***

Развенчан нами сей кумир С его бездейственной, фразистою любовью, Умны мы стали: верит мир Лишь доблести, запечатленной кровью…

Ершов-лекарь

Была эадумана пьеса «Ершов-лекарь». Он был хороший человек, полезный народу в своем углу. Задел, по неосторожности, надевая шубу в волостном правлении, за висевший в присутствии портрет, уронил его, в

В. Г. Белинский

В одном из переулков дальных Среди друзей своих печальных Поэт в подвале умирал И перед смертью им сказал:

Саша

1 Словно как мать над сыновней могилой, Стонет кулик над равниной унылой,

В зимние сумерки

В зимние сумерки нянины сказки Саша любила. Поутру в салазки Саша садилась, летела стрелой, Полная счастья, с горы ледяной.

Тишина

1 Всё рожь кругом, как степь живая Ни замков, ни морей, ни гор…

Коробейники

Другу-приятелю Гавриле Яковлевичу (крестьянину деревни Шоды, Костромской губернии) Как с тобою я похаживал

Русь

Ты и убогая, Ты и обильная, Ты и могучая, Ты и бессильная,

Снежок

Снежок порхает, кружится, На улице бело. И превратились лужицы В холодное стекло.

Произведения автора на его возрастной шкале

Your browser does not support the canvas element.

Произведения на возрастной шкале

Интерактивная диаграмма отображает произведения поэта на его возрастной шкале. Стихотворения без даты здесь не представлены.

Диаграмма тегов

Your browser does not support the canvas element.

Диаграмма тегов

Эта диаграмма отображает связь между автором и используемыми тегами.

Николай Некрасов. Все произведения автора доступны для чтения онлайн. Страница регулярно дополняется новыми материалами.