301 Тютчев Ф. И. Хотел бы я, чтобы в своей могиле…
Хотел бы я, чтобы в своей могиле, Как нынче на своей кушетке, я лежал. Века бы за веками проходили, И я бы вас всю вечность слушал и молчал.
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о смерти, которые исследуют её неизбежность, мистику и влияние на жизнь. Эти произведения предлагают размышления о конце жизненного пути, потере близких и преодолении горя, отражая глубокие эмоции и исследуя человеческое восприятие конечности.
Всего произведений в базе на эту тему: 664
Хотел бы я, чтобы в своей могиле, Как нынче на своей кушетке, я лежал. Века бы за веками проходили, И я бы вас всю вечность слушал и молчал.
Вступление Осенний день тихонько угасал На высоте гранитных шведских скал. Туман облек поверхности озер,
Не пугай нас, милый друг, Гроба близким новосельем: Право, нам таким бездельем Заниматься недосуг.
Прекрасный день его на Западе исчез, Полнеба обхватив бессмертною зарею, А он, из глубины полуночных небес, Он сам глядит на нас пророческой звездою.
Моё прекрасное убежище — Мир звуков, линий и цветов, Куда не входит ветер режущий Из недостроенных миров.
«Простите мне, что я решился к вам Писать. Перо в руке, могила — Передо мной. — Но что ж? всё пусто там. Всё прах, что некогда она манила
О милых спутниках, которые наш свет Своим сопутствием для нас животворили, Не говори с тоской: их нет; Но с благодарностию: были.
Ты еще на жизнь имеешь право, Быстро я иду к закату дней. Я умру — моя померкнет слава, Не дивись — и не тужи о ней!
Дней сползающие слизни, …Строк поденная швея… Что до собственной мне жизни? Не моя, раз не твоя.
Все решено, и он спокоен, Он, претерпевший до конца, — Знать, он пред Богом был достоин Другого, лучшего венца —
По стенам опустевшего дома Пробегают холодные тени, И рыдают бессильные гномы В тишине своих новых владений.
Тихо замер последний аккорд над толпой, С плачем в землю твой гроб опустили; Помолились в приливе тоски над тобой, Пожалели тебя и забыли...
Когда твой друг с пророческой тоскою Тебе вверял толпу своих забот, Не знала ты невинною душою, Что смерть его позорная зовет,
Мы привязали к шее каждого его птицу. Коран На всех на вас — на каждой багрянице, На каждом пыльном рубище раба — Есть амулет, подобный вещей птице,
Посвящается А. М. В. Тебе — тебе мой дар смиренный, Мой труд безвестный и простой,
I Когда зеленой дерн мой скроет прах, Когда, простясь с недолгим бытием, Я буду только звук в твоих устах,
Умолкну скоро я!.. Но если в день печали Задумчивой игрой мне струны отвечали; Но если юноши, внимая молча мне, Дивились долгому любви моей мученью:
Я болен, Офелия, милый мой друг! Ни в сердце, ни в мысли нет силы. О, спой мне, как носится ветер вокруг Его одинокой могилы.
А над равниной – Крик лебединый. Матерь, ужель не узнала сына? Это с заоблачной – он – версты,
Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья, Я увядаю в полном цвете! Пускай! — я не был раб земного наслажденья, Не для людей я жил на свете.
Нисходят во гроб поколенья, Идут и проходят года, И только одна в моем сердце Любовь не пройдет никогда.
Ласкаемый цветущими мечтами, Я тихо спал и вдруг я пробудился, Но пробужденье тоже было сон; И думая, что цепь обманчивых
По камням гробовым, в туманах полуночи, Ступая трепетно усталою ногой, По Лоре путник шел, напрасно томны очи Ночлега мирного искали в тьме густой.
Осколки голубого сплава Валяются в сухом песке. Здесь всё: и боевая слава
Не играй моей тоской, И холодной, и немой. Для меня бывает время: Как о прошлом вспомню я,
Останешься нам иноком: Хорошеньким, любименьким, Требником рукописным, Ларчиком кипарисным.
За каждый колос, опавший С твоих, Отчизна, полей; За каждый волос, упавший С головок наших детей;
Ещё близ порта орали хором Матросы, требуя вина, А над Стамбулом и над Босфором Сверкнула полная луна.
Послушай, быть может, когда мы покинем Навек этот мир, где душою так стынем, Быть может, в стране, где не знают обману, Ты ангелом будешь, я демоном стану!
От руки моей не взыгрывал, На груди моей не всплакивал… Непреложней и незыблемей Опрокинутого факела:
Не проломанное ребро – Переломленное крыло. Не расстрельщиками навылет Грудь простреленная. Не вынуть
Как этого посмертного альбома Мне дороги заветные листы, Как все на них так родственно-знакомо, Как полно все душевной теплоты!
Gib meine Jugend mir zurück! Ты, сердцу непонятный мрак, Приют отчаянья слепого, Ничтожество! пустой призрак,
Устало все кругом, устал и цвет небес, И ветер, и река, и месяц, что родился, И ночь, и в зелени потусклой спящий лес, И желтый тот листок, что наконец свалился.
Об Адонисе с лунной красотой, О Гиацинте тонком, о Нарциссе, И о Данае, туче золотой, Ещё грустят Аттические выси.
Веселись, о, сердце-птичка, Пой, довольное судьбиной, Что тебя пленила роза, Воцарившись над долиной.
Нежный призрак, Рыцарь без укоризны, Кем ты призван В мою молодую жизнь?
Когда последнее мгновенье Мой взор навеки омрачит И в мир, где казнь или спасенье, Душа поэта улетит,
Баллада Был сильный вихорь, сильный дождь; Кипя, ярилася пучина; Ко брегу Рино, горный вождь,
Сабли взмах – И вздохнули трубы тяжко – Провожать Легкий прах.
Погоди, дружок! Не довольно ли нам камень городской толочь? Зайдем в погребок, Скоротаем ночь.
Медный колокол на башне Тяжким гулом загудел, Чтоб огонь горел бесстрашней, Чтобы бешеные люди
Вечерний, медленный паук В траве сплетает паутину, — Надежды знак. Но, милый друг, Я взора на него не кину.
Офелия гибла и пела, И пела, сплетая венки; С цветами, венками и песнью На дно опустилась реки.
Уснул, мое сокровище, не встанет ото сна. Не выветрилась кровь еще, земля еще красна.
На кровле ворон дико прокричал — Старушка слышит и бледнеет. Понятно ей, что ворон тот сказал: Слегла в постель, дрожит, хладеет.
На небе сходились тяжёлые, грозные тучи, Меж них багровела луна, как смертельная рана, Зелёного Эрина воин, Кухулин могучий Упал под мечем короля океана, Сварана.
Как конквистадор в панцыре железном, Я вышел в путь и весело иду, То отдыхая в радостном саду, То наклоняясь к пропастям и безднам.
А Смоленская нынче именинница, Синий ладан над травою стелется, И струится пенье панихидное, Не печальное нынче, а светлое.
Приговор сегодня объявили: К смертной казни он приговорен. Только слезы, что в груди кипели, Все иссякли... И не плачет он.
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о смерти, которые исследуют её неизбежность, мистику и влияние на жизнь. Эти произведения предлагают размышления о конце жизненного пути, потере близких и преодолении горя, отражая глубокие эмоции и исследуя человеческое восприятие конечности.