301 Гумилёв Н. Лето
Лето было слишком знойно, Солнце жгло с небесной кручи, — Тяжело и беспокойно, Словно львы, бродили тучи.
Погрузитесь в философские стихотворения, которые исследуют глубокие вопросы бытия, смысла жизни и человеческого существования. Насладитесь поэзией, воспевающей размышления, мудрость и духовные поиски.
Всего произведений в базе на эту тему: 1496
Лето было слишком знойно, Солнце жгло с небесной кручи, — Тяжело и беспокойно, Словно львы, бродили тучи.
Однажды Лев влюбился в прекрасную девушку и пришёл просить её руки у родителей. Старики не знали, что ответить. Отдать дочь Льву им не хотелось, но и прогневить Царя зверей они боялись. Наконец отец сказал:
Неизгладимы, нет, в моей судьбе Твой детский рот и смелый взор девический, Вот почему, мечтая о тебе, Я говорю и думаю ритмически.
Кто создан из камня, кто создан из глины, – А я серебрюсь и сверкаю! Мне дело – измена, мне имя – Марина, Я – бренная пена морская.
Мой дом везде, где есть небесный свод, Где только слышны звуки песен, Всё, в чем есть искра жизни, в нем живет, Но для поэта он не тесен.
Мое грядущее в тумане, Было<е> полно мук и зла... Зачем не позже иль не ране Меня природа создала?
О, что за скучная забота Пусканье мыльных пузырей! Ну, так и кажется, что кто-то Нам карты сдал без козырей.
Люблю я в полдень воспаленный Прохладу черпать из ручья И в роще тихой, отдаленной Смотреть, как плещет в брег струя.
Рано еще – не быть! Рано еще – не жечь! Нежность! Жестокий бич Потусторонних встреч.
О нет, мне жизнь не надоела, Я жить люблю, я жить хочу, Душа не вовсе охладела, Утратя молодость свою.
Ревет ли зверь в лесу глухом, Трубит ли рог, гремит ли гром, Поет ли дева за холмом — На всякий звук
Я верю, обещаю верить, Хоть сам того не испытал, Что мог монах не лицемерить И жить, как клятвой обещал;
Если, друг, тебе сгрустнется, Ты не дуйся, не сердись: Всё с годами пронесется — Улыбнись и разгрустись.
Не высидел дома. Анненский, Тютчев, Фет. Опять, тоскою к людям ведомый,
В неверный час, меж днем и темнотой, Когда туман синеет над водой, В час грешных дум, видений, тайн и дел, Которых луч узреть бы не хотел,
I. Однажды странствуя среди долины дикой, Незапно был объят я скорбию великой И тяжким бременем подавлен и согбен,
По узкой тропинке Я шел, упоенный мечтою своей, И в каждой былинке Горело сияние чьих-то очей.
Я стоял на вершине пологого холма; передо мною — то золотым, то посеребренным морем — раскинулась и пестрела спелая рожь. Но не бегало зыби по этому морю; не струился душный воздух: назревала гроза великая. Около меня солнце еще светило — горячо и тускло; но там, за рожью, не слишком далеко, темно-синяя туча лежала грузной громадой на целой половине небосклона. Всё притаилось… всё изнывало под зловещим блеском последних солнечных лучей. Не слыхать, не видать ни одной птицы; попрятались
Я мечтою ловил уходящие тени, Уходящие тени погасавшего дня, Я на башню всходил, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня.
Он, сам себя сравнивший с конским глазом, Косится, смотрит, видит, узнает, И вот уже расплавленным алмазом Сияют лужи, изнывает лед.
Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться? Царь, да Сибирь, да Ермак, да тюрьма! Эх, не пора ль разлучиться, раскаяться… Вольному сердцу на что твоя тьма?
Я люблю смотреть, как умирают дети. Вы прибоя смеха мглистый вал заметили за тоски хоботом? А я —
Нет, мертвые не умерли для нас! Есть старое шотландское преданье, Что тени их, незримые для глаз, В полночный час к нам ходят на свиданье,
Глагол времен! металла звон! Твой страшный глас меня смущает, Зовет меня, зовет твой стон, Зовет - и к гробу приближает.
Когда ты научился скромно довольствоваться в заботе о теле, не гордись этим; и если пьёшь воду, не говори при каждом случае: «Я пью воду». Лучше подумай о том, насколько бедные люди живут ещё более скромно, чем мы, и насколько они терпеливее переносят лишения. Если же ты хочешь приучить себя к труду и лишениям упражнением — ради самого себя, а не напоказ людям, — не предпринимай великих подвигов. Например, когда тебя мучает сильная жажда, просто прополощи рот водой — и никому об этом не
Когда кто-либо тщеславится тем, что умеет понимать и толковать сочинения Хрисиппа(*), скажи себе: «Если бы Хрисипп писал ясно, этому человеку нечем было бы гордиться. Но чего хочу я? Понять природу и следовать ей. Я спрашиваю, кто её истолковывает, и, услышав, что это делает Хрисипп, обращаюсь к нему. Я не понимаю его сочинений — тогда ищу того, кто сможет их истолковать». До этого момента здесь нет ничего, чем можно было бы гордиться. И когда я нахожу толкователя, остаётся одно — примени
Река времён в своём стремленьи Уносит все дела людей И топит в пропасти забвенья Народы, царства и царей.
Старый дровосек, согбенный от лет и тяжёлого труда, собирал в лесу хворост. Наконец он так устал и впал в такое отчаяние, что бросил вязанку на землю и воскликнул: — Я больше не в силах выносить эту жизнь. Ах, если бы Смерть пришла и забрала меня! Едва он произнёс эти слова, как перед ним явилась Смерть — мрачный скелет — и сказала:
Я недаром вздрогнул. Не загробный вздор. В порт, горящий,
Я Вас люблю всю жизнь и каждый день, Вы надо мною, как большая тень, Как древний дым полярных деревень. Я Вас люблю всю жизнь и каждый час.
Однажды Собака раздобыла кусок мяса и несла его домой в зубах, чтобы спокойно съесть в укромном месте. По дороге ей нужно было перейти по доске, перекинутой через быстрый ручей. Когда Собака ступила на доску, она взглянула вниз и увидела в воде своё отражение. Приняв его за другую собаку с таким же куском мяса, она решила завладеть и этим.
Ты хочешь, друг бесценный, Чтоб я, поэт младой, Беседовал с тобой И с лирою забвенной,
В тихую пристань, где зыблются лодки, И отдыхают от бурь корабли, Ты, Всемогущий, и Мудрый, и Кроткий, Мне, утомленной и маленькой лодке,
Если пасмурен день, если ночь не светла, Если ветер осенний бушует, Над душой воцаряется мгла, Ум, бездействуя, вяло тоскует.
День ушел, как будто скорый поезд, Сядь к огню, заботы отложи. Я тебе не сказочную повесть Рассказать хочу, Омар-Гаджи.
Еще не осень! Если я Терплю, как осень терпит лужи, Печаль былого бытия, Я знаю: завтра будет лучше.
Не встречайтесь С первою любовью, Пусть она останется такой - Острым счастьем,
Безумец я! вы правы, правы! Смешно бессмертье на земли. Как смел желать я громкой славы, Когда вы счастливы в пыли?
У человека тело Одно, как одиночка, Душе осточертела Сплошная оболочка
Когда бы встретил я в раю На третьем небе образ твой, Он душу бы пленил мою Своей небесной красотой;
Однажды Лев объявил, что он смертельно болен, и созвал всех зверей, чтобы они пришли выслушать его последнее завещание. К пещере Льва пришла Коза и долго оставалась внутри, прислушиваясь. Затем вошла Овца, а прежде чем она вышла, к пещере подошёл Телёнок, чтобы принять последние слова Владыки зверей. Но вскоре Лев, казалось, пошёл на поправку, вышел к входу в пещеру и увидел Лису, которая уже долгое время стояла снаружи.
Мы пьем из чаши бытия С закрытыми очами, Златые омочив края Своими же слезами;
Погаснул день на вышинах небесных, Звезда вечерняя лиет свой тихой свет; Чем занят бедный мой сосед? Чрез садик небольшой, между ветвей древесных,
Теперь тебе не до стихов, О слово русское, родное! Созрела жатва, жнец готов, Настало время неземное…
Фонтан любви, фонтан живой! Принес я в дар тебе две розы. Люблю немолчный говор твой И поэтические слезы.
Это было золотою ночью, Золотою ночью, но безлунной, Он бежал, бежал через равнину, На колени падал, поднимался,
Сын одного крестьянина по неосторожности наступил на хвост Змее. Та обернулась и ужалила его, и мальчик умер. Отец, охваченный яростью, схватил топор, погнался за Змеёй и отсёк ей часть хвоста. Тогда Змея, мстя за увечье, стала жалить скот крестьянина и причинила ему большие убытки.
Степь, синея, расстилалась Близ Азовских берегов; Запад гас, и ночь спускалась; Вихрь скользил между холмов.
Однажды возчик вёз тяжёлый груз по раскисшей от грязи дороге. Наконец он добрался до такого места, где колёса повозки увязли по самую ось, и чем сильнее тянули лошади, тем глубже они погружались в грязь. Тогда возчик бросил кнут, опустился на колени и стал молиться могучему Гераклу:
Меня терзает злой недуг, Я вся во власти яда жизни, И стыдно мне моих подруг В моей сверкающей отчизне.
Погрузитесь в философские стихотворения, которые исследуют глубокие вопросы бытия, смысла жизни и человеческого существования. Насладитесь поэзией, воспевающей размышления, мудрость и духовные поиски.