851 Цветаева М. Конькобежцы
Асе и Борису Башлык откинула на плечи: Смешно кататься в башлыке! Смеется, – разве на катке
Погрузитесь в стихотворения о тоске, трагедии и скорби, которые передают глубокие эмоции и переживания. Насладитесь поэзией, отражающей печаль, утраты и трагические моменты жизни.
Всего произведений в базе на эту тему: 1516
Асе и Борису Башлык откинула на плечи: Смешно кататься в башлыке! Смеется, – разве на катке
Опять я ваш, о юные друзья! Туманные сокрылись дни разлуки: И брату вновь простерлись ваши руки, Ваш резвый круг увидел снова я.
В декабре на заре было счастье, Длилось – миг. Настоящее, первое счастье Не из книг!
Любил с начала жизни я Угрюмое уединенье, Где укрывался весь в себя, Бояся, грусть не утая,
Как птичка, раннею зарей Мир, пробудившись, встрепенулся… Ах, лишь одной главы моей Сон благодатный не коснулся…
Я песни слагаю во славу твою Затем, что тебя я безумно люблю, Затем, что меня ты не любишь. Я вечно страдаю и вечно грущу,
Повсюду листья желтые, вода Прозрачно-синяя. Повсюду осень, осень! Мы уезжаем. Боже, как всегда Отъезд сердцам желанен и несносен!
Мы лежали и смерти ждали — Не люблю я равнин с тех пор… Заслужили свои медали Те, кто били по нас в упор, —
Не нужно, не нужно мне проблесков счастья, Не нужно мне слова и взора участья, Оставь и дозволь мне рыдать! К горячему снова прильнув изголовью,
1 Умчался век эпических поэм, И повести в стихах пришли в упадок; Поэты в том виновны не совсем
Целый вечер в саду рокотал соловей, И скамейка в далёкой аллее ждала, И томила весна… Но она не пришла, Не хотела, иль просто пугалась ветвей.
Ты вдали, ты скрыто мглою, Счастье милой старины, Неприступною звездою Ты мелькаешь с вышины!
Я видел тень блаженства; но вполне, Свободно от людей и от земли, Не суждено им насладиться мне. Быть может, манит только издали
И чувства нет в твоих очах, И правды нет в твоих речах, И нет души в тебе — Мужайся, сердце, до конца —
Когда последнее мгновенье Мой взор навеки омрачит И в мир, где казнь или спасенье, Душа поэта улетит,
Зачем он мне снился, смятенный, нестройный, Рожденный из глуби не наших времен, Тот сон о Стокгольме, такой беспокойный, Такой уж почти и не радостный сон…
Я целый день изнемогаю В живом огне твоих лучей И, утомлённый, не дерзаю К ним возводить моих очей;
Баллада Был сильный вихорь, сильный дождь; Кипя, ярилася пучина; Ко брегу Рино, горный вождь,
Барашков буря шлёт своих, Барашков белых в море, Рядами ветер гонит их И хлещет на просторе.
Если б мы не дети были, Если б слепо не любили, Не встречались, не прощались, Мы с страданьем бы не знались.
Рифма, звучная подруга Вдохновенного досуга, Вдохновенного труда, [Ты умолкла, онемела];
Сабли взмах – И вздохнули трубы тяжко – Провожать Легкий прах.
«…Омочу бебрян рукав в Каяле реце, утру князю кровавые его раны на жестоцем теле». Плачь Ярославны
Сосна так темна, хоть и месяц Глядит между длинных ветвей. То клонит ко сну, то очнешься, То мельница, то соловей,
О души бессмертный дар! Слезный след жемчужный! Бедный, бедный мой товар, Никому не нужный!
Вечерний, медленный паук В траве сплетает паутину, — Надежды знак. Но, милый друг, Я взора на него не кину.
Недвижные очи, безумные очи, Зачем вы средь дня и в часы полуночи Так жадно вперяетесь вдаль? Ужели вы в том потонули минувшем,
Ты молод. Цвет твоих кудрей Не уступает цвету ночи, Как день твои блистают очи При встрече радостных очей;
Офелия гибла и пела, И пела, сплетая венки; С цветами, венками и песнью На дно опустилась реки.
Очарованье своих же обетов, Жажда любви и незнанье о ней… Что же осталось от блещущих дней? Новый портрет в галерее портретов,
Мухи, как чёрные мысли, весь день не дают мне покою: Жалят, жужжат и кружатся над бедной моей головою! Сгонишь одну со щеки, а на глаз уж уселась другая, Некуда спрятаться, всюду царит ненавистная стая,
(Борису Мессереру) Когда жалела я Бориса, а он меня в больницу вёз, стихотворение «Больница»
Льет без конца. В лесу туман. Качают елки головою: "Ах, Боже мой!" - Лес точно пьян, Пресыщен влагой дождевою.
Уснул, мое сокровище, не встанет ото сна. Не выветрилась кровь еще, земля еще красна.
К чему мятежное роптанье, Укор владеющей судьбе? Она была добра к тебе, Ты создал сам свое страданье.
Ты будешь невинной, тонкой, Прелестной – и всем чужой. Пленительной амазонкой, Стремительной госпожой.
У камина, у камина Ночи коротаю. Все качаю и качаю Маленького сына.
Молодую рощу шумную – Дровосек перерубил. То, что Господом задумано – Человек перерешил.
К н и г а п е р в а я РУСТЕМ НА ОХОТЕ I Из книги царственной Ирана
А Смоленская нынче именинница, Синий ладан над травою стелется, И струится пенье панихидное, Не печальное нынче, а светлое.
Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья, Я родилась.
Друг мой, я сегодня болен, – Знать, поветрие такое: Право, я в себе не волен, Не найдусь никак в покое.
Быть может, уж недолго мне В изгнаньи мирном оставаться, Вздыхать о милой старине И сельской музе в тишине
Приговор сегодня объявили: К смертной казни он приговорен. Только слезы, что в груди кипели, Все иссякли... И не плачет он.
Она говорила: «Любимый, любимый, Ты болен мечтою, ты хочешь и ждёшь, Но память о прошлом, как ратник незримый, Взнесла над тобой угрожающий нож.
Я видел пред собой дорогу В тени раскидистых дубов, Такую милую дорогу Вдоль изгороди из цветов.
Лида, друг мой неизменный, Почему сквозь легкой сон Часто, негой утомленный, Слышу я твой тихой стон?
Вижу, снова небо тмится, Немощь крадется по мне, И душе моей не снится Ничего по старине.
Радивой поднял желтое знамя: Он идет войной на бусурмана. А далматы, завидя наше войско, Свои длинные усы закрутили,
Погрузитесь в стихотворения о тоске, трагедии и скорби, которые передают глубокие эмоции и переживания. Насладитесь поэзией, отражающей печаль, утраты и трагические моменты жизни.