1 Лермонтов М. Ю. Мцыри
Вкушая, вкусих мало меда и се аз умираю. Первая Книга Царств <гл. 14 ст. 43> 1 Немного лет тому назад,
Подборка стихотворений о тюрьме и неволе: о заточении, плене, каторге и стремлении к свободе. Поэтические голоса узников, тоска по воле и надежда на освобождение.
Всего произведений в базе на эту тему: 58
Вкушая, вкусих мало меда и се аз умираю. Первая Книга Царств <гл. 14 ст. 43> 1 Немного лет тому назад,
Сижу за решеткой в темнице сырой. Вскормленный в неволе орел молодой, Мой грустный товарищ, махая крылом, Кровавую пищу клюет под окном,
Часть первая Genieße und leide! Dulde und entbehre! Liebe, hoff' und glaube!
ПОЭМА (1826 год) Часть первая Покоен, прочен и легок
Я пропал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу ходу нет.
Отворите мне темницу, Дайте мне сиянье дня, Черноглазую девицу, Черногривого коня.
В том краю, где жёлтая крапива И сухой плетень, Приютились к вербам сиротливо Избы деревень.
I День гас; в наряде голубом Крутясь бежал Гвадалкивир, И не заботяся о том,
1 Ямщик лихой, лихая тройка И колокольчик под дугой, И дождь, и грязь, но кони бойко
Коль обо мне тебе весть принесут, Скажут: "Устал он, отстал он, упал",- Не верь, дорогая! Слово такое Не скажут друзья, если верят в меня.
Молча сижу под окошком темницы; Синее небо отсюда мне видно: В небе играют всё вольные птицы; Глядя на них, мне и больно и стыдно.
Много в России Троп. Что ни тропа — То гроб.
И в час, когда мне сон глаза смыкает, И в час, когда зовет меня восход, Мне кажется, чего-то не хватает, Чего-то остро мне недостает.
(БАБУШКИНЫ ЗАПИСКИ) (1826—27 гг.) Глава I Проказники внуки! Сегодня они
Земля!.. Отдохнуть бы от плена, На вольном побыть сквозняке… Но стынут над стонами стены, Тяжелая дверь — на замке.
Не преклоню колен, палач, перед тобою, Хотя я узник твой, я раб в тюрьме твоей. Придет мой час -- умру. Но знай: умру я стоя, Хотя ты голову отрубишь мне, злодей.
I Взгляните на меня: я сед, Но не от хилости и лет; Не страх незапный в ночь одну
Не дождаться мне, видно, свободы, А тюремные дни будто годы, И окно высоко́ над землёй, И у двери стоит часовой!
Показать бы тебе, насмешнице И любимице всех друзей, Царскосельской веселой грешнице, Что случилось с жизнью твоей –
Поднял руки он, бросив винтовку, В смертном ужасе перед врагом. Враг скрутил ему руки веревкой И погнал его в тыл под бичом,
Дорогой шла девица; С ней друг ее младой; Болезненны их лица; Наполнен взор тоской.
Моему бельгийскому другу Андре, с которым познакомился в неволе Когда б вернуть те дни, что проводил Среди цветов, в кипенье бурной жизни,
Прости меня, Родина, чье святое Имя не раз повторял я в бою, Прости за то, что с последним вздохом Не отдал я жизнь во славу твою.
Прости меня, твоего рядового, Самую малую часть твою. Прости за то, что я не умер Смертью солдата в жарком бою.
Нелепой смертью, видно, я умру: Меня задавят стужа, голод, вши. Как нищая старуха, я умру, Замерзнув на нетопленной печи.
Дочурка мне привиделась во сне. Пришла, пригладила мне чуб ручонкой. -- Ой, долго ты ходил! -- сказала мне, И прямо в душу глянул взор ребенка.
Беден, нечесан Калинушка, Нечем ему щеголять, Только расписана спинушка, Да за рубахой не знать.
Неволя! Истомила ты меня, Не отличаю дня от ночи. Мою надежду, сердца страсть Темница тягостная точит.
Бараков цепи и песок сыпучий Колючкой огорожены кругом. Как будто мы жуки в навозной куче: Здесь копошимся. Здесь мы и живем.
Черчетский хан (1*) Нас вывели – и казнь настанет скоро. На пустыре нас выстроил конвой... И чтоб не быть свидетелем позора,
Приговор сегодня объявили: К смертной казни он приговорен. Только слезы, что в груди кипели, Все иссякли... И не плачет он.
1 Если б ласточкой я был, Если б крыльями я бил, В час, когда рассвет блеснет
«За днями дни идут, идут… Напрасно; Они свободы не ведут Прекрасной;
(Ямаш - 1911) (1*) Он ходит, сторожа мою тюрьму. Две буквы "Э" (2*) блестят на рукавах. Мне в сердце словно забивает гвоздь
Андре Тиммермансу Здесь нет вина. Так пусть напитком Нам служит наших слез вино! Нальем! У нас его с избытком.
Видно, вновь в какой нелепости Молодежь уличена,— На квартиры подле крепости Поднимается цена.
Цепи каменного мешка Пусть твоя разорвет рука! А не сможешь, так смерть предстанет – Ведь она здесь всегда близка!
Откуда ты, эфира житель? Скажи, нежданный гость небес, Какой зефир тебя занес В мою печальную обитель?..
Двина! Где взять мне силы, чтобы вспять Твое теченье плавное погнать? Чтоб я, твоей окутанный волной, Был унесен на родину, домой?
С обидой я из жизни ухожу, Проклятья рвутся из души моей. Напрасно, мать, растила ты меня, Напрасно изливала свет очей.
Как волшебный клубок из сказки, Катился мой жизненный путь. На закате у этого дома Остановился я отдохнуть.
Есть и Руси чем гордиться, С нею не шути. Только славным поклониться — Далеко идти!
Холодна тюрьма и мышей полна, И постель узка, вся в клопах доска! Я клопов давлю, бью по одному, И опять ловлю – довела тоска.
I «Благодарение господу богу, Кончен проселок!.. Не спишь?» — Думаю, братец, про эту дорогу.—
Кончено! Дверь распахнулась перед ним, заключённым. Руки не чувствуют холода цепи тяжёлой; Грустно расстаться ему с пауком приручённым, С хилым тюремным цветком, пичиолой.
Руше к своей жене и детям из тюрьмы, посылая к ним свой портрет О вы, которые в душе моей хранились! Хотите ль знать, почто мой скорбный взор угас?
Была эадумана пьеса «Ершов-лекарь». Он был хороший человек, полезный народу в своем углу. Задел, по неосторожности, надевая шубу в волостном правлении, за висевший в присутствии портрет, уронил его, враги донесли, и его куда-то заслали. Рассказывает дьячок-заика. Как начнет, так и дует без передышки, а как заикнется, то час не дождешься продолжения. Такой и размер я старался подобрать: Он попал в нашу местность Прямо со школьной скамейки;
Зазевайся, впрочем, шляпу Сдернуть — царь-отец Отошлет и по этапу — Чур: в один конец!
Плохо, братцы, беда близко: Арестован наш Огрызко.
Подборка стихотворений о тюрьме и неволе: о заточении, плене, каторге и стремлении к свободе. Поэтические голоса узников, тоска по воле и надежда на освобождение.