201 Гумилёв Н. С. Много есть людей, что, полюбив...
Много есть людей, что, полюбив, Мудрые, дома себе возводят, Возле их благословенных нив. Дети резвые за стадом бродят.
Откройте для себя нашу коллекцию стихотворений о судьбе, которые исследуют вопросы предопределенности, случайности и выбора в жизни человека. Эти произведения размышляют о влиянии судьбы на личные истории и взаимоотношения, предлагая глубокие философские и эмоциональные переживания.
Всего произведений в базе на эту тему: 343
Много есть людей, что, полюбив, Мудрые, дома себе возводят, Возле их благословенных нив. Дети резвые за стадом бродят.
С тобой мне вновь считаться довелось, Певец любви то резвый, то унылый; Играешь ты на лире очень мило, Играешь ты довольно плохо в штос.
Не говори: я трус, глупец!.. О! если так меня терзало Сей жизни мрачное начало, Какой же должен быть конец?..
Не думай, чтоб я был достоин сожаленья, Хотя теперь слова мои печальны; — нет; Нет! все мои жестокие мученья — Одно предчувствие гораздо больших бед.
Посвящается А. М. В. Тебе — тебе мой дар смиренный,
Горе тебе, город Казань, Едет толпа удальцов Сбирать невольную дань С твоих беззаботных купцов.
Нередко люди и бранили, И мучили меня за то, Что часто им прощал я то, Чего б они мне не простили.
Осколки голубого сплава Валяются в сухом песке. Здесь всё: и боевая слава
На небе сходились тяжёлые, грозные тучи, Меж них багровела луна, как смертельная рана, Зелёного Эрина воин, Кухулин могучий Упал под мечем короля океана, Сварана.
Посадила яблоньку: Малым – забавоньку, Старому – младость, Садовнику – радость.
«Скажи нам, атаман честной, Как жил ты в стороне родной, Чай, прежний жар в тебе и ныне Не остывает от годов.
Когда средь оргий жизни шумной Меня постигнул остракизм, Увидел я толпы безумной Презренный, робкий эгоизм.
Гибель от женщины. Вот знак На ладони твоей, юноша. Долу глаза! Молись! Берегись! Враг Бдит в полуночи.
У первой бабки – четыре сына, Четыре сына – одна лучина, Кожух овчинный, мешок пеньки, –
Судьба свои дары явить желала в нем, В счастливом баловне соединив ошибкой Богатство, знатный род – с возвышенным умом И простодушие с язвительной улыбкой.
– Что же! Коли кинут жребий – Будь, любовь! В грозовом – безумном! – небе – Лед и кровь.
Ты угасал, богач младой! Ты слышал плач друзей печальных. Уж смерть являлась за тобой В дверях сеней твоих хрустальных.
Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья, Я родилась.
Уснул, мое сокровище, не встанет ото сна. Не выветрилась кровь еще, земля еще красна.
Брат по песенной беде – Я завидую тебе. Пусть хоть так она исполнится – Помереть в отдельной комнате! –
Еще и еще песни Слагайте о моем кресте. Еще и еще перстни Целуйте на моей руке.
Хочешь не хочешь – дам тебе знак! Спор наш не кончен – а только начат! В нынешней жизни – выпало так: Мальчик поет, а девчонка плачет.
И если руку я даю – То погадать – не целовать. Скажи мне, встречный человек,
Вот идет солдат. Под мышкою Детский гроб несет, детинушка. На глаза его суровые Слезы выжала кручинушка.
Полюбуйтесь же вы, дети, Как в сердечной простоте Длинный Фирс играет в эти, Те, те, те и те, те, те.
Если убитому леопарду не опалить немедленно усов, дух его будет преследовать охотника. Абиссинское поверье.
Под каким созвездием, Под какой планетою Ты родился, юноша? Ближнего Меркурия,
В тумане, синее ладана, Панели – как серебро. Навстречу летит негаданно Развеянное перо.
Приключилась с ним странная хворь, И сладчайшая на него нашла оторопь. Все стоит и смотрит ввысь, И не видит ни звезд, ни зорь
За дело общее, быть может, я паду Иль жизнь в изгнании бесплодно проведу; Быть может, клеветой лукавой пораженный, Пред миром и тобой врагами униженный,
Неизбежным нашим роком Расстаешься ты со мной. Во стенании жестоком Я прощаюся с тобой.
На темной скале над шумящим Днепром Растет деревцо молодое; Деревцо мое ветер ни ночью, ни днем Не может оставить в покое;
Девочка в красном и девочка в синем Вместе гуляли в саду. – «Знаешь, Алина, мы платьица скинем, Будем купаться в пруду?».
Бледные ручки коснулись рояля Медленно, словно без сил. Звуки запели, томленьем печаля. Кто твои думы смутил,
Ты, срывающая покров С катафалков и с колыбелей, Разъярительница ветров, Насылательница метелей,
Гордость и робость – ро́дные сестры, Над колыбелью, дружные, встали. «Лоб запрокинув!» – гордость велела.
В каждом случайном объятьи Я вспоминаю ее, Детское сердце мое, Девочку в розовом платье.
Опять вы, гордые, восстали За независимость страны, И снова перед вами пали Самодержавия сыны,
Не отстать тебе! Я – острожник, Ты – конвойный. Судьба одна. И одна в пустоте порожней Подорожная нам дана.
Несчетный счет минувших дней неужто не оплачен? ...Мы были во сто крат бедней и во сто крат богаче.
На этой земле я невольный жилец, Зато самовольно ее не оставлю! Единственный долг мой – прожить как боец И мир целовать огневыми устами.
В былые годы любви невзгоды Соединяли нас, Но пламень страсти не в нашей власти, И мой огонь угас.
(Борису Мессереру) Когда жалела я Бориса, а он меня в больницу вёз,
В больные наши дни, в дни скорби и сомнений, Когда так холодно и мертвенно в груди, Не нужен ты толпе - неверующий гений, Пророк погибели, грозящей впереди.
I Чума явилась в наш предел; Хоть страхом сердце стеснено, Из миллиона мертвых тел
Да с этой львиною Златою россыпью, Да с этим поясом, Да с этой поступью, –
Отмыкала ларец железный, Вынимала подарок слезный, – С крупным жемчугом перстенек, С крупным жемчугом.
Голубей над крышей вьется пара, Засыпает монастырский сад. Замечталась маленькая Сара На закат.
Коптилки мигающий пламень. Мы с Диккенсом в доме одни. Во мраке горят перед нами больших ожиданий огни.
Не по нраву я тебе – и тебе, И тебе еще – и целой орде. Пышен волос мой – да мало одёж! Вышла голосом – да нрав нехорош!
Откройте для себя нашу коллекцию стихотворений о судьбе, которые исследуют вопросы предопределенности, случайности и выбора в жизни человека. Эти произведения размышляют о влиянии судьбы на личные истории и взаимоотношения, предлагая глубокие философские и эмоциональные переживания.