Блеском вечерним овеяны горы. Сырость и мгла набегают в долину, С тайной мольбою подъемлю я взоры: «Скоро ли холод и сумрак покину?»
Вижу на том я уступе румяном Сдвинуты кровель уютные гнезды; Вон засветились под старым каштаном Милые окна, как верные звезды.
Кто ж меня втайне пугает обманом: «Сердцем как прежде ты чист ли и молод, Что, если там, в этом мире румяном, Снова охватит и сумрак и холод?»