Ты тише, тоньше, чем звук,
ты сходишь, как падает лист.
О, если бы с рук твоих вдруг
я научился читать без слов.
Они мягки, как волос, как пух —
из чьих же упали гнёзд?
На землю, что медленно нас теряет,
они опускаются, как лист.
В них — одна лишь нежность. Они
снимают с меня покров,
что ночами сросся со мной,
быть может, соткан был в пыли
и слишком непрочен, стар.
Какой мне кроить наряд
твоя эта нежность велит
и из чего она станет ткать?
Ты тише, тоньше, чем звук,
о, сделай его тише ещё,
пусть тьма сотрёт его след
с наших сомкнутых губ
в ту ночь, что вышла из нас
и шепчет огню приказ.
Над хрупкостью твоих ресниц
я дом себе воздвиг.
---
[Оригинал]
Chvění listu
Jsi útlejší než hlas,
snášíš se jako list,
kéž jen z tvých rukou včas
naučil bych se číst,
jsou hebké jako vlas —
z jakých to spadly hnízd?
Na zem, jež ztrácí nás,
snášejí se jak list.
Jsou sama líbeznost,
svlékají ze mne šat,
jenž v nocích se mnou srost —
v špíně byl utkán snad
a chatrný je dost —
na jaký střihne šat
mi tvoje líbeznost
a z čeho bude tkát?
Jsi útlejší než hlas,
ach, ještě víc jej ztlum
a jeho otisk zas
tma sejme našim rtům
v tu noc, jež vyšla z nás
a velí požárům —
Nad křehkostí tvých řas
postavil jsem si dům.
