(ЭПИЗОД ИЗ ПОЭМЫ-АВТОБИОГРАФИИ САВВЫ НАМОРДНИКОВА) …О светские забавы! Пришлось вам поклониться. Литературной славы Решился я добиться.
Недолго думал думу, Достал два автографа — И вышел не без шуму На путь библиографа.
Шекспировых творений Составил полный список, Без важных упущений И без больших описок.
Всего-то две ошибки Открыли журналисты, Как их умы ни гибки, Как перья ни речисты:
Какую-то «Заиру» Позднейшего поэта Я приписал Шекспиру, Да пропустил «Гамлета».
Ну что ж? большая важность! Эх! русские журналы! Невежество, продажность, А метят в либералы!
Посыпались нападки. Я пробовал сначала Свалить на опечатки, Но вышло толку мало!
Тогда я хвать брошюру — И тут остался с носом: На всю литературу Сочли ее доносом!
И тут пошла потеха! «Ты варвар, ты китаец, Друг мрака, враг успеха!» Так пса увидя, заяц
Засуется, метнется К тому, к другому краю И разом попадется Во всю собачью стаю!
Дней сто не прекращали Журнальной этой бани, И даже тех ругали, Кто мало сыпал брани!
Такой ужасной травли Не видано лет двести. А ведь за что? Не прав ли, Не прав ли я, по чести?
Что я сказал? «Мальчишки, Не годные мне в слуги! Какие их чинишки? Какие их заслуги?
Дудышкин, Чернышевский, Какой-то Бов, Громека! Один Андрей Краевский Похож на человека!
Как посмотреть построже Да привести всё в ясность, Так тут,— помилуй боже! — Отечеству опасность…
Все завистию дышат, Кто к чину, кто к карману, Не по призванью пишут, А с голоду да спьяну!
И смели целой ратью Глумиться надо мною! Ужель, по их понятью, Я Гербеля не стою?..»
И вот за правду-матку Терплю теперь гоненье! Пускай бы взял я взятку, Отжилил чье именье…
Да если б и канальство Зашло в мои делишки — Карай меня начальство, А вы молчать, мальчишки!
А впрочем, я за гласность, Я сам бывал в Париже, Но там — какая разность! - Народ гораздо тише.
Притом язык французский И брань облагородит: Уклончив, мил… а русский Как кнут по членам ходит.
К ругательствам способен Признала вся Европа: Своеобразен, злобен! Хорош он для холопа,
Но груб для нашей кожи; Притом и формы узки. Недаром все вельможи Писали по-французски:
Де-Жеребцов, Мещерский, Де-Кокорев… Но будет! От этой брани дерзкой Меня ведь не убудет!
Не оттого немеем, Что защищаться нечем. С Булгариным Фаддеем И с Николаем Гречем
Истории такие Не так кончались прежде. Но времена другие… А впрочем, я в надежде!
Я повторяю то же: Лишь привести всё в ясность Так тут,— помилуй боже! — Отечеству опасность!..
Но лучший, без сомненья, Ответ на укоризны — Труд, полный изученья И нужный для отчизны.
Могу себя прославить И без журнальных стычек: Решился я составить «Словарь собачьих кличек»!
Сей труд монументальный И деньги мне доставит, И зависти нахальной Шипение подавит.
Довольно, будет ахов… Я знаю, будут ради Дудышкин и Галахов, Гаевский и Геннади!
Сам Лонгинов напишет Статью — он мне приятель. Пускай весь мир услышит!.. Пока прощай, читатель!
