«Кто умер здесь? какой потери Печаль встревожила сердца? Откройте гробовые двери — Хочу взглянуть на мертвеца! Хочу, на ледяные кости Печать лобзанья наложа, Найти там след суровой гостьи, Где ныла пленница душа. О боже, о творец великий! Она!..» И помутился взор, И горьких жалоб ропот дикий Несвязный выразил укор. Опомнился… взглянул: у гроба Другой, безмолвствуя, рыдал; Но лишь ему в лицо, как злоба, Народ презрительно взирал С уликой. «О, зачем, Спаситель, В тоске рыдать об ней, как он, Я права от тебя лишен, И клевета, любви гонитель, На самом гроба рубеже Покоя не дает душе, Простившейся с грехами тела, И на нее через меня Льет яд позорного огня? Я ей чужой!..» С чела слетела Искусно скрытая тоска, Из роз могильного венка Цветок он вырвал равнодушно, Пошел — исчез в толпе бездушной…
Толпа его не поняла. Весь день об нем, наморщив брови, Судила, думала, врала, И страшно молвить как, злословя, Она покойницу звала…
