(А. Я. П-вой) Светало. Ветер гнул упругое стекло Днепра, еще в волнах не пробуждая звука. Старик отчаливал, опершись на весло, А между тем ворчал на внука.
От весел к берегу кудрявый след бежал; Струи под лодкой закипели; Наш парус, медленно надувшись, задрожал, И мы, как птица, полетели.
И ярким золотом и чистым серебром Змеились облаков прозрачных очертанья; Над разыгравшимся, казалося, Днепром Струилися от волн и трав благоуханья.
За нами мельница едва-едва видна И берег посинел зеленый... И вот под лодкою вздрогнувшей быстрина Сверкает сталью вороненой...
А там затопленный навстречу лес летел... В него зеркальные врывалися заливы; Над сонной влагою там тополь зеленел, Белели яблони и трепетали ивы.
И под лобзания немолкнущей струи Певцы, которым лес да волны лишь внимали, С какой-то негою задорной соловьи Пустынный воздух раздражали.
Вот изумрудный луг, вот желтые пески Горят в сиянье золотистом; Вон утка крадется в тростник, вон кулики Беспечно бегают со свистом...
Остался б здесь дышать, смотреть и слушать век...
