К Голицыну («Я слова, князь, не позабыл…»)

Я слова, князь, не позабыл, Я ваш должник за Каталани! И если я не заплатил Еще обещанной вам дани, То всё я перед вами прав! Собачий верный биограф, Я ждал от вас нетерпеливо Записок точных, чтоб на них Сослаться в надписи правдивой И честь воздать в стихах моих, Согласно с истиною строгой, Покойнице четвероногой! Но я напрасно ожидал: Князь Федор, в шумном круге света, Среди веселий пировал, Забыв собаку и поэта. Пора напомнить вам об ней! Чтоб в эпитафии моей Напрасно пышными стихами Перед потомством не солгать, Чтоб о собаке не сказать Того, что часто над гробами Временщиков и богачей И полководцев и царей Чертят бесстыдными резцами На гордых бронзовых досках. Короче, чтобы мог в стихах Я пса покойного представить В его, а не в чужой красе, — Прошу мне полную доставить Записку о покойном псе. У вас, я думаю, остался В бумагах список послужной. Во-первых: как он назывался? Потом: породы был какой: Дворовый, гончий иль лягавой? Иль пудель с головой курчавой? Иль мопс, изнеженный храпун, С наморщенной арапской мордой? Иль шпиц? иль дог, флегматик гордой? Иль быстрый английский прыгун? Иль, может быть, он мышеловкой Коротконогой вам служил? Иль триксой желтопузой был? Или с кудрявою головкой, С обритой спинкой и хвостом, Для шутки назывался львом? Был детям мирною игрушкой, И редко ссорился с подушкой? Еще знать хочет Аполлон: Чему покойник был учен? Умел ли подавать он лапку? Умел ли по приказу шапку С прохожих невзначай срывать? Умел ли, морду приподнявши, Моргая носом, хвост поджавши, На задних лапочках стоять? Да, сверх того, каков был свойством: Приветен был ли для своих? Умел ли лаять на чужих? И отличался ли геройством, Когда случалось вызывать Ему на рыцарскую драку За кость соперницу-собаку? Короче, я желаю знать В подробность всё, что с ним случалось, — Какою смертью умер он, Когда и где похоронён, И много ли сирот осталось, Чтобы об нем воспоминать, Чтобы для вас, ворча и лая, Покойника изображая, Его утрату заменять?