Поздняя осень. Грачи улетели, Лес обнажился, поля опустели,
Только не сжата полоска одна… Грустную думу наводит она.
Кажется, шепчут колосья друг другу: «Скучно нам слушать осеннюю вьюгу,
Скучно склоняться до самой земли, Тучные зерна купая в пыли!
Нас, что ни ночь, разоряют станицы Всякой пролетной прожорливой птицы,
Заяц нас топчет, и буря нас бьет… Где же наш пахарь? чего еще ждет?
Или мы хуже других уродились? Или не дружно цвели-колосплись?
Нет! мы не хуже других — и давно В нас налилось и созрело зерно.
Не для того же пахал он и сеял, Чтобы нас ветер осенний развеял?..»
Ветер несет им печальный ответ: — Вашему пахарю моченьки нет.
Знал, для чего и пахал он и сеял, Да не по силам работу затеял.
Плохо бедняге — не ест и не пьет, Червь ему сердце больное сосет,
Руки, что вывели борозды эти, Высохли в щепку, повисли как плети,
Очи потускли и голос пропал, Что заунывную песню певал,
Как, на соху налегая рукою, Пахарь задумчиво шел полосою.
