Ползет подземный змей, Ползет, везет людей. И каждый – со своей Газетой (со своей Экземой!) Жвачный тик, Газетный костоед. Жеватели мастик, Читатели газет.
Кто – чтец? Старик? Атлет? Солдат? – Ни че́рт, ни лиц, Ни лет. Скелет – раз нет Лица: газетный лист! Которым – весь Париж С лба до пупа одет. Брось, девушка! Родишь – Читателя газет.
Кача – «живет с сестрой» – ются – «убил отца!» – Качаются – тщетой Накачиваются.
Что́ для таких господ – Закат или рассвет? Глотатели пустот, Читатели газет!
Газет – читай: клевет, Газет – читай: растрат. Что ни столбец – навет, Что ни абзац – отврат…
О, с чем на Страшный суд Предстанете: на свет! Хвататели минут, Читатели газет!
– Пошел! Пропал! Исчез! Стар материнский страх. Мать! Гуттенбергов пресс Страшней, чем Шварцев прах!
Уж лучше на погост, – Чем в гнойный лазарет Чесателей корост, Читателей газет!
Кто наших сыновей Гноит во цвете лет? Смесители крове́й, Писатели газет!
Вот, други, – и куда Сильней, чем в сих строках! – Что́ думаю, когда С рукописью в руках
Стою перед лицом – Пустее места – нет! – Так значит – нелицом Редактора газетной нечисти.
