151 Фет А. А. В молодые тоже годы…
В молодые тоже годы Знал я тяжкие невзгоды, Как пылал не раз. Но дровам цена безмерна,
Погрузитесь в мир иронии с нашей коллекцией иронических стихотворений. Исследуйте творчество поэтов, мастерски использующих иронию для выражения скрытых смыслов и социальной критики. Идеально для любителей остроумия и глубоких размышлений.
Всего произведений в базе на эту тему: 645
В молодые тоже годы Знал я тяжкие невзгоды, Как пылал не раз. Но дровам цена безмерна,
Минувшей юности своей Забыв волненья и измены, Отцы уж с отроческих дней Подготовляют нас для сцены.-
Могла ли Биче словно Дант творить, Или Лаура жар любви восславить? Я научила женщин говорить… Но, Боже, как их замолчать заставить!
Глаза скосив на ус кудрявый, Гусар с улыбкой величавой На палец завитки мотал; Мудрец с обритой бородою,
Что с тобой, скажи мне, братец? Бледен <ты> как святотатец, Волоса стоят горой! Или с девой молодой
С минуту лишь с бульвара прибежав, Я взял перо — и, право, очень рад, Что плод над ним моих привычных прав Узнает вновь бульварной маскерад;
(Отрывок из поэмы) Часто, часто я беседовал С болтуном страны Эллинския И не смел осиплым голосом
Никогда я не забуду ночи, Ваш прищур, цилиндр мой и диван. И как в Вас телячьи пучил очи Всем знакомый Ванька и Иван.
Делись со мною тем, что знаешь, И благодарен буду я. Но ты мне душу предлагаешь: На кой мне чёрт душа твоя!..
Сядь у моря – жди погоды. Отчего ж не ждать? Будто воды, наши годы Станут прибывать.
Счастлив ты в прелестных дурах, В службе, в картах и в пирах; Ты St.-Priest в карикатурах,
Les poètes ressemblent aux ours, qui se nourrissent en suçant leur patte. Inédit (Комната писателя; опущенные шторы. Он сидит в больших креслах перед камином. Читатель, с сигарой, стоит спиной к камину. Журналист входит.)
Украшают тебя добродетели, До которых другим далеко, И — беру небеса во свидетели — Уважаю тебя глубоко…
Языков, кто тебе внушил Твое посланье удалое? Как ты шалишь, и как ты мил, Какой избыток чувств и сил,
(украшенная различными сентенциями, среди которых есть весьма забавные) Известно ли Вам, о мой друг, что в Бретани Нет лучше — хоть камни спроси! — Нет лучше средь божьих созданий
На наших дам морозных С досадой я смотрю, Их чинных и серьезных Фигур я не люблю.
Вот девушка с газельими глазами Выходит замуж за американца. Зачем Колумб Америку открыл?!
III. Журналист-руководитель Ну… небесам благодаренье! Свершен великий, трудный шаг! Теперь общественное мненье
Надо мной певала матушка, Колыбель мою качаючи: «Будешь счастлив, Калистратушка! Будешь жить ты припеваючи!»
Всей России притеснитель, Губернаторов мучитель И Совета он учитель, А царю он – друг и брат.
(Из «Записной книжки») Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом, Что женщине не следует «гулять» Ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом,
«Душа телесна!» — ты всех уверяешь смело; Я соглашусь, любовию дыша: Твое прекраснейшее тело — Не что иное, как душа!..
А в ненастные дни Собирались они Часто. Гнули, мать их ети!
Воротился ночью мельник… Жёнка, что за сапоги? Ах, ты пьяница, бездельник, Где ты видишь сапоги?
Человек и Лев спорили о том, кто сильнее — люди или львы. Человек утверждал, что люди превосходят львов благодаря своему разуму. — Пойдём со мной, — сказал он, — и я быстро докажу, что прав. Он привёл Льва в общественный сад и показал ему статую Геракла, который побеждает Льва и разрывает ему пасть надвое.
Когда легковерен и молод я был, Браниться и драться я страстно любил. Обедать однажды сосед меня звал; Со мною заспорил один генерал.
Меж тем как Гарибальди дремлет, Колеблется пекинский трон, Гаэта реву пушек внемлет, Дает права Наполеон,—
Любил и я в былые годы, В невинности души моей, И бури шумные природы, И бури тайные страстей.
В журнал совсем не европейский, Над коим чахнет старый журналист, С своею прозою лакейской Взошел болван семинарист.
Голубая беседка Посредине реки, Как плетёная клетка, Где живут мотыльки.
Супругою твоей я так пленился, Что естьли б три в удел достались мне, Подобные во всем твоей жене, То даром двух я б отдал сатане
У беса праздник. Скачет представляться Чертей и душ усопших мелкой сброд, Кухмейстеры за кушаньем трудятся, Прозябнувши, придворной в зале ждет.
Нам повторяли все в речах картинных: «Вам суждено бездетность перенесть, И не видать вам этих лиц невинных, В которых что-то ангельское есть».
Смотрите, как летит, отвагою пылая... Порой обманчива бывает старина! Так мхом покрытая бутылка вековая Хранит струю кипучего вина.
Вчера, при блеске свеч, в двенадцатом часу, Ты слушала меня с улыбкою участья, И мне казалося: вот-вот перенесу Тебя в цветущий мир безумия и счастья.
Мальчишка Фебу гимн поднес. "Охота есть, да мало мозгу. А сколько лет ему, вопрос?" — «Пятнадцать». – «Только-то? Эй, розгу!»
В раю, за грустным Ахероном, Зевая в рощице густой, Творец, любимый Алоллоном, Увидеть вздумал мир земной.
Кто с минуту переможет Хладным разумом любовь, Бремя тягостных оков Ей на крылья не возложит.
«Что не весел, Ваня? В хоровод не станешь? Шапки не заломишь? Песни не затянешь?
Заступники кнута и плети, [О знаменитые<?>] князь<я>, [За <всё> <?>] жена [моя] [и] дети [Вам благодарны] как <и я><?>.
Нет, сколько козней ты ни крой, Я твоего не слышу бреда, Пошлю я в лавку за икрой И ждать не стану до обеда.
Не любовь, а лихорадка! Легкий бой лукав и лжив. Нынче тошно, завтра сладко, Нынче помер, завтра жив.
Я вам пророчил поклоненье, Венец прекрасному челу, И расточал свое уменье Воздать вам должную хвалу.
Мой альбом, где страсть сквозит без меры В каждой мной отточенной строфе, Дивным покровительством Венеры Спасся он от ауто-да-фэ.
Да охранюся я от мушек, От дев, не знающих любви, От дружбы слишком нежной и — От романтических старушек.
Тэффи На скале, у самого края, Где река Елизабет, протекая, Скалит камни, как зубы, был замок.
Зевес быкам дал рога, Копыты лошадям, Проворны зайцам ноги, Зубасты зевы львам,
Тебе, наперсница Венеры, Тебе, которой Купидон И дети резвые Цитеры Украсили цветами трон,
Вам восемь лет, а мне семнадцать било. И я считал когда-то восемь лет; Они прошли. – В судьбе своей унылой, Бог знает как, я ныне стал поэт.
– «За дядю, за тетю, за маму, за папу»… – «Чтоб Кутику Боженька вылечил лапу»… – «Нельзя баловаться, нельзя, мой пригожий!»… (Уж хочется плакать от злости Сереже.)
Погрузитесь в мир иронии с нашей коллекцией иронических стихотворений. Исследуйте творчество поэтов, мастерски использующих иронию для выражения скрытых смыслов и социальной критики. Идеально для любителей остроумия и глубоких размышлений.