С самого начала определи для себя образ характера и поведения, которого ты будешь придерживаться и наедине с собой, и среди людей.
Будь большей частью молчалив или говори только то, что необходимо, и в немногих словах. Иногда, когда того требует случай, можно вступить в разговор, но не позволяй ему касаться обычных тем — гладиаторов, скачек, атлетических состязаний, еды или питья, то есть обычных предметов праздной болтовни; и особенно не говори о людях — чтобы их ни порицать, ни хвалить, ни сравнивать. Если можешь, своим разговором направляй беседу к более достойным предметам; если же окажешься среди незнакомых людей — молчи.
Пусть твой смех не будет громким, частым или чрезмерным.
Избегай клятв, если возможно — вовсе; по крайней мере, насколько это в твоих силах.
Избегай публичных и грубых развлечений; но если обстоятельства всё же приведут тебя туда, держи внимание настороженным, чтобы незаметно самому не скатиться к грубости. Ибо знай: даже если человек сам по себе чист, но его собеседник испорчен, тот, кто общается с ним, тоже неизбежно развращается.
Заботься о телесных потребностях лишь в пределах необходимого — о пище, питье, одежде, жилье и прислуге. Но отсекай всё, что связано с роскошью и показным блеском.
До брака, насколько можешь, оберегай себя от незаконных связей с женщинами; однако не будь жесток или суров к тем, кто впадает в это, и не хвались часто тем, что сам поступаешь иначе.
Если кто-нибудь скажет тебе, что некий человек говорит о тебе дурно, не оправдывайся относительно сказанного, а ответь: «Он не знал о других моих недостатках, иначе не упомянул бы только эти».
Тебе нет нужды часто появляться на публичных зрелищах; но если когда-либо будет уместно там присутствовать, не проявляй большего интереса ни к кому, кроме самого себя — то есть желай только того, чтобы всё происходило так, как происходит, и чтобы победил лучший. Тогда ничто не будет против тебя. Воздерживайся также от громких возгласов, насмешек и бурных проявлений чувств. А когда уйдёшь, не рассуждай долго о том, что произошло, если это не способствует твоему собственному исправлению. Иначе будет казаться, что зрелище ослепило тебя.
Не спеши и не стремись посещать частные чтения; но если всё же присутствуешь на них, сохраняй серьёзность и достоинство, не становясь при этом неприятным для окружающих.
Когда собираешься говорить с кем-либо — особенно с тем, кто кажется выше тебя по положению, — представь себе, как в таком случае поступил бы Сократ или Зенон(*). Тогда ты не будешь в затруднении, как правильно вести себя в любой возникшей ситуации.
Когда идёшь к кому-либо из власть имущих, представь заранее, что можешь не застать его дома, что тебя могут не впустить, что двери могут не открыть, что он может вовсе не обратить на тебя внимания. Если же, несмотря на всё это, тебе следует идти — перенеси всё, что случится, и никогда не говори себе: «Это того не стоило». Так говорят только люди грубые и поражённые внешними обстоятельствами.
В обществе избегай частого и чрезмерного упоминания собственных поступков и опасностей. Хотя тебе самому может быть приятно вспоминать о рисках, которым ты подвергался, другим слушать о твоих приключениях не так приятно. Старайся также не вызывать смех у других, потому что это легко может привести к грубости и, кроме того, может снизить уважение к тебе со стороны знакомых. Опасны также разговоры непристойного содержания. Поэтому, если возникает нечто подобное, при первой возможности останови того, кто начинает такие разговоры; или, по крайней мере, своим молчанием, покрасневшим лицом и серьёзным видом покажи, что такие речи тебе неприятны.
---
[Оригинал]
Begin by prescribing to yourself some character and demeanor, such as you may preserve both alone and in company.
Be mostly silent, or speak merely what is needful, and in few words. We may, however, enter sparingly into discourse sometimes, when occasion calls for it; but let it not run on any of the common subjects, as gladiators, or horse races, or athletic champions, or food, or drink—the vulgar topics of conversation—and especially not on men, so as either to blame, or praise, or make comparisons. If you are able, then, by your own conversation, bring over that of your company to proper subjects; but if you happen to find yourself among strangers, be silent.
Let not your laughter be loud, frequent, or abundant.
Avoid taking oaths, if possible, altogether; at any rate, so far as you are able.
Avoid public and vulgar entertainments; but if ever an occasion calls you to them, keep your attention upon the stretch, that you may not imperceptibly slide into vulgarity. For be assured that if a person be ever so pure himself, yet, if his companion be corrupted, he who converses with him will be corrupted likewise.
Provide things relating to the body no further than absolute need requires, as meat, drink, clothing, house, retinue. But cut off everything that looks toward show and luxury.
Before marriage guard yourself with all your ability from unlawful intercourse with women; yet be not uncharitable or severe to those who are led into this, nor boast frequently that you yourself do otherwise.
If anyone tells you that a certain person speaks ill of you, do not make excuses about what is said of you, but answer: “He was ignorant of my other faults, else he would not have mentioned these alone.”
It is not necessary for you to appear often at public spectacles; but if ever there is a proper occasion for you to be there, do not appear more solicitous for any other than for yourself—that is, wish things to be only just as they are, and only the best man to win; for thus nothing will go against you. But abstain entirely from acclamations and derision and violent emotions. And when you come away, do not discourse a great deal on what has passed and what contributes nothing to your own amendment. For it would appear by such discourse that you were dazzled by the show.
Be not prompt or ready to attend private recitations; but if you do attend, preserve your gravity and dignity, and yet avoid making yourself disagreeable.
When you are going to confer with anyone, and especially with one who seems your superior, represent to yourself how Socrates or Zeno would behave in such a case, and you will not be at a loss to meet properly whatever may occur.
When you are going before anyone in power, fancy to yourself that you may not find him at home, that you may be shut out, that the doors may not be opened to you, that he may not notice you. If, with all this, it be your duty to go, bear what happens and never say to yourself, “It was not worth so much”; for this is vulgar, and like a man bewildered by externals.
In company, avoid a frequent and excessive mention of your own actions and dangers. For however agreeable it may be to yourself to allude to the risks you have run, it is not equally agreeable to others to hear your adventures. Avoid likewise an endeavor to excite laughter, for this may readily slide you into vulgarity, and, besides, may be apt to lower you in the esteem of your acquaintance. Approaches to indecent discourse are likewise dangerous. Therefore, when anything of this sort happens, use the first fit opportunity to rebuke him who makes advances that way, or, at least, by silence and blushing and a serious look show yourself to be displeased by such talk.
