Инар Силен

В суете опустевшей, в ее тишине
Я тоскую по ней, когда смысл обретаю.
Полюбив тишину, я тоскую по ней,
Я себя предаю и опять все теряю.

Слава тебе, безысходная боль —
ты учишь тишине без обмана,
ты точишь сердце, как камень и соль,
и свет проступает сквозь раны.

В суете опустевшей в ее тишине
Я тоскую по ней где теряюсь во мгле
Полюбив тишину я тоскую сильней
Я себя предаю и теряю мечты

Весенний день. И тихо, и светло.
Как будто мир очнулся ненароком.
И ветер, сбросив сонное тепло,
Взметнулся вдруг широким, лёгким током.

Хочу иметь такое в жизни место,
Куда душа сама спешит идти,
Где не приходится казаться кем-то,
Где можно просто сердце принести.

Отпуск — лишь краткое
С жизнью свиданье.
Где даже счастью
Отмерено расписанье.

Не всякое «ты должен» — тяжесть,
Не всякий упрёк — знак вражды.
Порой в требованиях скрыто
Желанье спасти от беды.

Du zürnst, mein Freund Harpas, darüber sehr,
dass nachts dein Sohn die Truhe heimlich sucht.
Doch alte Weisheit lehrt uns lang schon her:
Aus Geiz wird Diebstahl leicht geboren — und verflucht.

Она не тянет вверх росток,
чтоб он скорее стал высоким,
не мерит каждый лепесток
своим нетерпеливым оком.

Мы все поставлены на службу:
кто дому, кто чужой войне,
кто хлебу, ремеслу и дружбе,
кто тьме, притворной тишине.

Ты говоришь: «Вокруг умы просты,
И глупость всюду, сколько ни смотри».
Но если б каждый был умней, чем ты,
Нашёл бы ты покой тогда внутри?

Не сразу выбор раскрывает суть,
Не сразу плод выходит из причины.
Порой легко ещё продолжить путь,
Где тихий вред всё набирает силы.

Кто сам уходил — тот легко разорвёт
Любую из нитей опять.
А брошенный — с трепетом в сердце ждёт,
Что снова придётся страдать.