Давно, за суетой бессрочной, К тебе я, милый, не писал И в тихий край земли полночной Докучных строк не посылал; Давно на лире я для друга В часы свободы и досуга Сердечных чувств не изливал. Теперь, освободясь Душою От беспрерывных бурь мирских И от забот и дел моих, Хочу порадовать игрою Тебя, о милый друг! И ты, Взамену хладной пустоты, С улыбкой, дружеству пристойной, Глас лиры тихой и нестройной Прочтешь и скажешь про себя: «Его трудов — виновник я!» Так точно, друг, мечты младые, И незавидливый фиал, И чувств волненье ты впервые Во мне, как ангел, разгадал. Ты, помнишь, раз сказал: «Рассей С души туман непросвещенья И на крылах воображенья Лети к Парнасу поскорей!» Совету милого послушный, Я дух изящностью питал; Потом, с подругою воздушной Нашедши лиру, петь начал; Потом в час лени молчаливой Я рано полюбил покой, Приют избушки некрасивой И разноцветный садик мой, Где я свободой упиваюсь Иль славой гибельной горю, Где долго в думы погружаюсь и, друг, тебя благодарю За те нельстивые советы, Какими хвалятся поэты.
Текст произведения
Аннотация
Аннотация: Автор обращается к давнему другу, вспоминая, как его советы помогли пробудить интерес к поэзии и направили к творчеству. В письме звучат благодарность, дружеская привязанность и признание важной роли Кашкина в его становлении.
