Есть мгновенья дум упорных, Разрушительно-тлетворных, Мрачных, буйных, адски-черных, Сих — опасных как чума — Расточительниц несчастья, Вестниц зла, воровок счастья И гасительниц ума!..
Вот в неистовстве разбоя В грудь вломились, яро воя,— Всё вверх дном! И целый ад Там, где час тому назад Ярким, радужным алмазом Пламенел твой светоч — разум! Где добро, любовь и мир Пировали честный пир!
Ад сей… В ком из земнородных, От степей и нив бесплодных, Сих отчаянных краев, Полных хлада и снегов,— От Камчатки льдянореброй До брегов отчизны доброй,— В ком он бурно не кипел? Кто его — страстей изъятый, Бессердечием богатый — Не восчествовать посмел?..
Ад сей… ревностью он кинут В душу смертного. Раздвинут Для него широкий путь В человеческую грудь… Он грядет с огнем и треском, Он ласкательно язвит, Всё иным, кровавым блеском Обольет — и превратит Мир — в темницу, радость — в муку, Счастье — в скорбь, веселье — в скуку, Жизнь — в кладбище, слезы — в кровь, В яд и ненависть — любовь!
Полон чувств огнепалящих, Вопиющих и томящих, Проживает человек В страшный миг тот целый век! Венчан тернием, не миртом, Молит смерти — смерть бы рай! Но отчаяния спиртом Налит череп через край… Рай душе его смятенной — Разрушать и проклинать, И кинжалов всей вселенной Мало ярость напитать!!
