Когда кичливый ум, измученный борьбою С наукой вечною, забывшись, тихо спит, И сердце бедное одно с самим собою, Когда извне его ничто не тяготит,
Когда безумное, но чувствами всесильно, Оно проведает свой собственный позор, Бестрепетностию проникнется могильной И глухо изречет свой страшный приговор:
Страдать весь век, страдать бесцельно, безвозмездно, Стараться пустоту наполнить – и взирать, Как с каждой новою попыткой глубже бездна, Опять безумствовать, стремиться и страдать, –
О, как мне хочется склонить тогда колени, Как сына блудного влечет опять к отцу! – Я верю вновь во всё, – и с шепотом моленья Слеза горячая струится по лицу.
