(Из «Путевых картин» Гейне) «Прекрасный будет день», — сказал товарищ, Взглянув на небо из окна повозки. — Так, день прекрасный будет, — повторило За ним мое молящееся сердце И вздрогнуло от грусти и блаженства!.. Прекрасный будет день! Свободы солнце Живей и жарче будет греть, чем ныне Аристокрация светил ночных! И расцветет счастливейшее племя, Зачатое в объятьях произвольных, Не на одре железном принужденья, Под строгим, под таможенным надзором Духовных приставов, — и в сих душах Вольнорожденных вспыхнет смело Чистейший огнь идей и чувствований — Для нас, рабов природных, непостижный!
Ах, и для них равно непостижима Та будет ночь, в которой их отцы Всю жизнь насквозь томились безотрадно И бой вели отчаянный, жестокий, Противу гнусных сов и ларв подземных, Чудовищных Ерева порождений!.. Злосчастные бойцы, все силы духа, Всю сердца кровь в бою мы истощили — И бледных, преждевременно одряхших Нас озарит победы поздний День!.. Младого Солнца свежее бессмертье Не оживит сердец изнеможенных, Ланит потухших снова не зажжет! Мы скроемся пред ним, как бледный месяц!
Так думал я и вышел из повозки И с утренней усердною молитвой Ступил на прах, Бессмертьем освященный!..
Как под высоким триумфальным сводом Громадных облаков всходило Солнце, Победоносно, смело и светло, Прекрасный день природе возвещая. Но мне при виде сем так грустно было, Как месяцу, еще заметной тенью Бледневшему на небе. — Бедный месяц! В глухую полночь, одиноко, сиро, Он совершил свой горемычный путь, Когда весь мир дремал — и пировали Одни лишь совы, призраки, разбой; И днесь пред юным днем, грядущим в славе, С звучащими веселием лучами И пурпурной разлитою зарей, Он прочь бежит… еще одно воззренье На пышное всемирное светило — И легким паром с неба улетит.
Не знаю я и не ищу предвидеть, Что мне готовит Муза! Лавр поэта Почтит иль нет мой памятник надгробный? Поэзия Душе моей была Младенчески-Божественной игрушкой — И суд чужой меня тревожил мало. Но меч, друзья, на гроб мой положите! Я воин был! я ратник был свободы, И верою и правдой ей служил Всю жизнь мою в ее священной брани!
