Перед дружиной на коне Гаральд, боец седой, При свете полныя луны, Въезжает в лес густой.
Отбиты вражьи знамена И веют и шумят, И гулом песней боевых Кругом холмы гудят.
Но что порхает по кустам? Что зыблется в листах? Что налетает с вышины И плещется в волнах?
Что так ласкает, так манит? Что нежною рукой Снимает меч, с коня влечет И тянет за собой?
То феи… в лёгкий хоровод Слетелись при луне. Спасенья нет; уж все бойцы В волшебной стороне.
Лишь он, бесстрашный вождь Гаральд, Один не побежден: В нетленный с ног до головы Булат закован он.
Пропали спутники его; Там брошен меч, там щит, Там ржёт осиротелый конь И дико в лес бежит.
И едет, сумрачно-уныл, Гаральд, боец седой, При свете полныя луны Один сквозь лес густой.
Но вот шумит, журчит ручей — Гаральд с коня спрыгнул, И снял он шлем и влаги им Студёной зачерпнул.
Но только жажду утолил, Вдруг обессилел он; На камень сел, поник главой И погрузился в сон.
И веки на утёсе том, Главу склоня, он спит: Седые кудри, борода; У ног копьё и щит.
Когда ж гроза, и молний блеск, И лес ревёт густой, — Сквозь сон хватается за меч Гаральд, боец седой.
