Пред судилище Миноса Собралися для допроса Подле Стиксовых брегов Души бледные скотов.
Ворон, моська, кот, телушка, Попугай, баран, индюшка, Соловей, петух с свиньей Стали пред Миносом — в строй.
„Говорите, как вы жили? Много ль в свете вы грешили? — Так сказал им судия. — Начинай хоть ты, свинья“.
„Я нисколько не грешила; Не жалея морды, рыла Я на свете сем навоз; В этом нет греха, Минос!“
„Я, баран, жил тихомолком, На беду, столкнулся с волком: Волк меня и задавил, — Тем лишь я и согрешил“.
„Я смиренная корова; Нраву я была простова; Грех мой, право, не велик: Ободрал меня мясник“.
„Хоть слыву я попугаем, Но на свете был считаем С человеком наравне; Этот грех прости ты мне!“
„Я котом служил на свете И имел одно в предмете: Бил мышей и сыр таскал; Этот грех, по чести, мал“.
„Я, пичужка, вечно пела; По-еллински Филомела, А по-русски соловей; Не грешна ни в чем! Ей-ей!“
„Я курносая собака, Моська, родом забияка, И зовут меня Барбос; Пощади меня, Минос!“
„Я петух, будильник ночи, С крику выбился из мочи И принес на Стикс-реку Я свое кукареку“.
„Я индюшка-хлопотунья, Пустомеля и крикунья; У меня махровый нос; Не покинь меня, Минос!“
„Ворон я, вещун и плакса; Был я черен так, как вакса, Каркал часто на беду; Рад я каркать и в аду“.
Царь Минос сердитым взглядом На скотов, стоящих рядом, Разъяренный засверкал... И — ни слова не сказал.
