Мое postscriptum, брат Дашков! Нельзя ли усмирить певцов Твоею прозою целебной И заглянуть с твоим пером В Парнасский сумасшедший дом? Какой-то, слышу, дух враждебной Поэтов так перемутил, Что Феб, озлясь, их заключил В бедлам. Теперь за нумерами Опутанные кандалами, Обритые, табак жуют. И все, как умные, поют. Смотри, о горе! вот в чулане Сидит наш друг, певец во стане, И горькую микстуру пьет И ей в бесовском исступленье: „Хвала, Микстура“ — вопиет. Вот наш Воейков в заточенье, Наш стихотворец-готтентот За то, что силой русска слога Преобратил, забывши Бога, Сады Делиля в огород И на Вергилия грозился Напасть с гекзаметром врасплох! Три сотни б насчитать я мог! Но видишь сам, я очутился В конце страницы и письма!.. Войди! Здесь стихотворцев тьма: В чулане каждый, с каждым лира! Что здесь услышишь, запиши, И будет добрая сатира — Мы посмеемся от души!
Текст произведения
Середина мая — начало июня 1814 г
Примечания
Примечания: Бедлам — название лондонского сумасшедшего дома, ставшее нарицательным.
Аннотация
Аннотация: Автор в сатирической форме изображает поэтов как обитателей «сумасшедшего дома», высмеивая их творчество и манеры. Он призывает друга описать увиденное, чтобы создать повод для общего смеха.
