Всадник ехал по дороге, Было поздно, выли псы, Волчье солнце — месяц строгий — Лил сиянье на овсы.
И внезапно за деревней Белый камень возле пня Испугал усмешкой древней Задремавшего коня.
Тот метнулся: тёмным бредом Вдруг ворвался в душу сам Древний ужас, тот, что ведом В мире только лошадям.
Дальний гул землетрясений, Пёстрых тигров хищный вой И победы привидений Над живыми в час ночной.
Очи круглы и кровавы, Ноздри пеною полны, Конь, как буря, топчет травы, Разрывает грудью льны.
Он то стелется по шири, То слетает с диких круч, И не знает, где он — в мире, Или в небе между туч.
Утро. Камень у дороги Робко спрятал свой оскал, Волчье солнце — месяц строгий — Освещать его устал.
На селе собаки выли, Люди хмуро в церковь шли, Конь один пришёл, весь в мыле, Господина не нашли.
