1 Дементьев А. Быть стариками — не простая штука...
Быть стариками — не простая штука. Не все умеют стариками быть. Дожить до старости — ещё не вся наука, куда трудней достоинство хранить.
Откройте для себя нашу коллекцию стихотворений о старости, которые отражают мудрость, накопленные опыты и изменения, связанные с процессом старения. Эти произведения исследуют различные аспекты пожилой жизни, от потери и ностальгии до принятия и празднования зрелости.
Всего произведений в базе на эту тему: 106
Быть стариками — не простая штука. Не все умеют стариками быть. Дожить до старости — ещё не вся наука, куда трудней достоинство хранить.
(Волжская быль) I Науму паточный завод И дворик постоялый
Подруга дней моих суровых, Голубка дряхлая моя! Одна в глуши лесов сосновых Давно, давно ты ждешь меня.
… Вновь я посетил Тот уголок земли, где я провел Изгнанником два года незаметных. Уж десять лет ушло с тех пор – и много
1 Право, не клуб ли вороньего рода Около нашего нынче прихода? Вот и сегодня… ну, просто беда!
О, как на склоне наших лет Нежней мы любим и суеверней… Сияй, сияй, прощальный свет Любви последней, зари вечерней!
За этот ад, За этот бред, Пошли мне сад На старость лет.
Когда дряхлеющие силы Нам начинают изменять И мы должны, как старожилы, Пришельцам новым место дать, —
[И вы поверить мне могли. Как простодушная Аньеса? В каком романе вы нашли, Чтоб умер от любви повеса?]
Страшись любви: она пройдет, Она мечтой твой ум встревожит, Тоска по ней тебя убьет, Ничто воскреснуть не поможет.
Смотри, — синея друг за другом, Каким широким полукругом Уходят правнуки твои! Зачем же тенью благотворной
Отец мой сдаёт. И тревожная старость Уже начинает справлять торжество. От силы былой так немного осталось.
Старый дровосек, согбенный от лет и тяжёлого труда, собирал в лесу хворост. Наконец он так устал и впал в такое отчаяние, что бросил вязанку на землю и воскликнул: — Я больше не в силах выносить эту жизнь. Ах, если бы Смерть пришла и забрала меня! Едва он произнёс эти слова, как перед ним явилась Смерть — мрачный скелет — и сказала:
Философ ранний, ты бежишь Пиров и наслаждений жизни, На игры младости глядишь С молчаньем хладным укоризны.
Говорят, нынче в моде седые волосы, И «седеет» бездумно молодость. И девчонка лет двадцати Может гордо седою пройти.
Какое лето, что за лето! Да это просто колдовство — И как, прошу, далось нам это Так ни с того и ни с сего?..
Это пеплы сокровищ: Утрат, обид. Это пеплы, пред коими В прах – гранит.
Виктору Голышеву Птица уже не влетает в форточку. Девица, как зверь, защищает кофточку. Подскользнувшись о вишневую косточку,
Золото моих волос Тихо переходит в седость. – Не жалейте! Всё сбылось, Всё в груди слилось и спелось.
Когда я буду бабушкой – Годов через десяточек – Причудницей, забавницей, – Вихрь с головы до пяточек!
Просит отдыха слабое тело, Душу тайная жажда томит. Горько ты, стариковское дело! Жизнь смеется, — в глаза говорит:
(Перевод из Донаурова) Пара гнедых, запряженных с зарею, Тощих, голодных и грустных на вид, Вечно бредете вы мелкой рысцою,
За окном, у ворот Вьюга завывает, А на печке старик Юность вспоминает.
Моя мечта надменна и проста: Схватить весло, поставить ногу в стремя И обмануть медлительное время, Всегда лобзая новые уста.
Мы вспоминаем тихий снег, Когда из блеска летней ночи Нам улыбнутся старческие очи Под тяжестью усталых век.
Счастлив, кто в страсти сам себе Без ужаса признаться смеет; Кого в неведомой судьбе Надежда робкая лелеет;
Ахмет-Оглы берёт свою клюку И покидает город многолюдный. Вот он идёт по рыхлому песку, Его движенья медленны и трудны.
Угасла молодость моя, Краса в лице завяла, И удали уж прежней нет, И силы — не бывало.
Уж я не тот любовник страстный, Кому дивился прежде свет: Моя весна и лето красно На век прошли, пропал и след.
Под смутный говор, стройный гам, Сквозь мерное сверканье балов, Так странно видеть по стенам Высоких старых генералов.
Пусть не помнят юные О согбенной старости. Пусть не помнят старые О блаженной юности.
От меня вечор Леила Равнодушно уходила. Я сказал: «Постой, куда?» А она мне возразила:
А когда – когда-нибудь – как в воду И тебя потянет – в вечный путь, Оправдай змеиную породу: Дом – меня – мои стихи – забудь.
Мы слишком молоды, чтобы простить Тому, кто в нас развеял чары. Но, чтоб о нем, ушедшем, не грустить, Мы слишком стары!
О нет, не стану звать утраченную радость, Напрасно горячить скудеющую кровь; Не стану кликать вновь забывчивую младость И спутницу её — безумную любовь.
А как бабушке Помирать, помирать, – Стали голуби Ворковать, ворковать.
Я был свидетелем златой твоей весны; Тогда напрасен ум, искусства не нужны, И самой красоте семнадцать лет замена. Но время протекло, настала перемена,
Когда-то сверстнику (о медь Волос моих! Живая жила!) Я поклялася не стареть, Увы: не поседеть – забыла.
Седина отсчитывает даты, И сквозит тревогою уют. В одиночку старые солдаты Песни позабытые поют.
Ещё одно забывчивое слово, Ещё один случайный полувздох — И тосковать я сердцем стану снова, И буду я опять у этих ног.
Ах! – ныне я не тот совсем, Меня друзья бы не узнали, И на челе тогда моем Власы седые не блистали.
Глаза скосив на ус кудрявый, Гусар с улыбкой величавой На палец завитки мотал; Мудрец с обритой бородою,
Вот свежие тебе цветы В честь именин твоих, — Еще цветы я рассылаю, А сам так быстро отцветаю.
Ты прав: мы старимся. Зима недалека, Нам кто-то праздновать мешает, И кудри темные незримая рука И серебрит и обрывает.
Слово странное – старуха! Смысл неясен, звук угрюм, Как для розового уха Темной раковины шум.
Неизбежные напасти, Бремя лет, трудов и зла Унесли из нашей страсти Много свету и тепла.
В армяке с открытым воротом, С обнаженной головой, Медленно проходит городом Дядя Влас — старик седой.
Нам повторяли все в речах картинных: «Вам суждено бездетность перенесть, И не видать вам этих лиц невинных, В которых что-то ангельское есть».
Смотрите, как летит, отвагою пылая... Порой обманчива бывает старина! Так мхом покрытая бутылка вековая Хранит струю кипучего вина.
Откройте для себя нашу коллекцию стихотворений о старости, которые отражают мудрость, накопленные опыты и изменения, связанные с процессом старения. Эти произведения исследуют различные аспекты пожилой жизни, от потери и ностальгии до принятия и празднования зрелости.