Бродский И. 1972 год
Виктору Голышеву Птица уже не влетает в форточку. Девица, как зверь, защищает кофточку. Подскользнувшись о вишневую косточку,
Откройте для себя нашу коллекцию стихотворений о старости, которые отражают мудрость, накопленные опыты и изменения, связанные с процессом старения. Эти произведения исследуют различные аспекты пожилой жизни, от потери и ностальгии до принятия и празднования зрелости.
Всего произведений в базе на эту тему: 62
Виктору Голышеву Птица уже не влетает в форточку. Девица, как зверь, защищает кофточку. Подскользнувшись о вишневую косточку,
Мы ждем тебя, спеши, Бухаров, Брось царскосельских соловьев, В кругу товарищей гусаров Обычный кубок твой готов;
Смотрите, как летит, отвагою пылая... Порой обманчива бывает старина! Так мхом покрытая бутылка вековая Хранит струю кипучего вина.
А когда – когда-нибудь – как в воду И тебя потянет – в вечный путь, Оправдай змеиную породу: Дом – меня – мои стихи – забудь.
Ах! – ныне я не тот совсем, Меня друзья бы не узнали, И на челе тогда моем Власы седые не блистали.
Когда я буду бабушкой – Годов через десяточек – Причудницей, забавницей, – Вихрь с головы до пяточек!
А как бабушке Помирать, помирать, – Стали голуби Ворковать, ворковать.
Говорят, нынче в моде седые волосы, И «седеет» бездумно молодость. И девчонка лет двадцати Может гордо седою пройти.
Быть стариками — не простая штука. Не все умеют стариками быть. Дожить до старости — ещё не вся наука, куда трудней достоинство хранить.
Веками, веками Свергала, взводила. Горбачусь – из серого камня – Сивилла. Пустынные очи
"Внемли, о Гелиос, серебряным луком звенящий, Внемли, боже кларосской, молению старца, погибнет Ныне, ежели ты не предыдишь слепому вожатым". Рек и сел на камне слепец утомленный. – Но следом
… Вновь я посетил Тот уголок земли, где я провел Изгнанником два года незаметных. Уж десять лет ушло с тех пор – и много
За окном, у ворот Вьюга завывает, А на печке старик Юность вспоминает.
Голос – сладкий для слуха, Только взглянешь – светло. Мне что? – Я старуха, Мое время прошло.
– Годы твои – гора, Время твое – <царей.> Дура! любить – стара. – Други! любовь – старей:
Мы слишком молоды, чтобы простить Тому, кто в нас развеял чары. Но, чтоб о нем, ушедшем, не грустить, Мы слишком стары!
Не краской, не кистью! Свет – царство его, ибо сед. Ложь – красные листья: Здесь свет, попирающий цвет.
Моя мечта надменна и проста: Схватить весло, поставить ногу в стремя И обмануть медлительное время, Всегда лобзая новые уста.
И падает шелковый пояс К ногам его – райской змеей… А мне говорят – успокоюсь Когда-нибудь, там, под землей.
Есть колосья тучные, есть колосья тощие. Всех – равно – без промаху – бьет Господен цеп. Я видала нищего на соборной площади: Сто годов без малости, – и просил на хлеб.
Желтое поле. Солнечный полдень, Старая липа, Маленький мальчик
Мы вспоминаем тихий снег, Когда из блеска летней ночи Нам улыбнутся старческие очи Под тяжестью усталых век.
Золото моих волос Тихо переходит в седость. – Не жалейте! Всё сбылось, Всё в груди слилось и спелось.
Нет, не прошла, певец наш вечно юный, Твоя пора: твой гений бодр и свеж; Ты пробудил давно молчавши струны, И звуки нас пленили те ж.
Житье тому, любезный друг, Кто страстью глупою не болен, Кому влюбиться недосуг, Кто занят всем и всем доволен;
Когда-то сверстнику (о медь Волос моих! Живая жила!) Я поклялася не стареть, Увы: не поседеть – забыла.
[И вы поверить мне могли. Как простодушная Аньеса? В каком романе вы нашли, Чтоб умер от любви повеса?]
О веселая младость! о печальная старость! Та — поспешно от нас! эта — стремительно к нам!
Скоро уж из ласточек – в колдуньи! Молодость! Простимся накануне… Постоим с тобою на ветру! Смуглая моя! Утешь сестру!
Под хладом старости угрюмо угасал Единый из седых орлов Екатерины. В крылах отяжелев, он небо забывал И Пинда острые вершины.
Седина отсчитывает даты, И сквозит тревогою уют. В одиночку старые солдаты Песни позабытые поют.
Подруга дней моих суровых, Голубка дряхлая моя! Одна в глуши лесов сосновых Давно, давно ты ждешь меня.
В старой тёмной девичьей, На пустом ларе, Села, согревается… Лунно на дворе,
Поредели, побелели Кудри, честь главы моей, Зубы в деснах ослабели, И потух огонь очей.
Под ивой хата приткнулась криво. В той хате бабка варила пиво. Входили парни в лохматых шапках, Хвалили пиво, хвалили бабку.
Страшись любви: она пройдет, Она мечтой твой ум встревожит, Тоска по ней тебя убьет, Ничто воскреснуть не поможет.
От меня вечор Леила Равнодушно уходила. Я сказал: «Постой, куда?» А она мне возразила:
Отец мой сдаёт. И тревожная старость Уже начинает справлять торжество. От силы былой так немного осталось.
Ахмет-Оглы берёт свою клюку И покидает город многолюдный. Вот он идёт по рыхлому песку, Его движенья медленны и трудны.
(Перевод из Донаурова) Пара гнедых, запряженных с зарею, Тощих, голодных и грустных на вид, Вечно бредете вы мелкой рысцою,
Угасла молодость моя, Краса в лице завяла, И удали уж прежней нет, И силы — не бывало.
(Посвящается Вере Николаевне Фигнер) Лес увядает, и падает Листьев шумливый поток. Поздняя радость не радует:
– Пора! для этого огня – Стара! – Любовь – старей меня! – Пятидесяти январей
Прости, мятежное души моей волненье, Прости, палящий огнь цветущих жизни лет, Прости, безумное за славою стремленье! Для вас в моей душе ни слез, ни вздоха нет!
Пусть не помнят юные О согбенной старости. Пусть не помнят старые О блаженной юности.
Твои … черты, Запечатленные Кануном. Я буду стариться, а ты Останешься таким же юным.
За этот ад, За этот бред, Пошли мне сад На старость лет.
Философ ранний, ты бежишь Пиров и наслаждений жизни, На игры младости глядишь С молчаньем хладным укоризны.
Ты мне велишь пылать душою: Отдай же мне протекши дни, С моей вечернею зарею Мое ты утро съедини!
Откройте для себя нашу коллекцию стихотворений о старости, которые отражают мудрость, накопленные опыты и изменения, связанные с процессом старения. Эти произведения исследуют различные аспекты пожилой жизни, от потери и ностальгии до принятия и празднования зрелости.