201 Михалков С. Лифт и карандаш
В новом лифте ехал Саша На тринадцатый этаж. Вместе с ним на том же лифте Ехал синий Карандаш.
Откройте для себя богатство советской поэзии, отражающей эпоху, идеалы и культурные ценности Советского Союза. Насладитесь стихотворениями, воспевающими труд, героизм, патриотизм и мечты о светлом будущем.
Всего произведений в базе на эту тему: 250
В новом лифте ехал Саша На тринадцатый этаж. Вместе с ним на том же лифте Ехал синий Карандаш.
Что знает о любви любовь, В ней скрыт всегда испуг. Страх чувствует в себе любой Если он полюбил вдруг.
Я стою у открытой двери, я прощаюсь, я ухожу. Ни во что уже не поверю, — всё равно напиши, прошу!
Ждать тебя, быть с тобой Мне всегда хочется. Говорят, что любовь Первая кончится,
Мальчик с девочкой дружил, Мальчик дружбой дорожил. Как товарищ, как знакомый, Как приятель, он не раз
Я с детства был в душе моряк, Мне снились мачта и маяк, Родня решила: «он маньяк, Но жизнь мечты его остудит.»
Я знаю, ты бежал в бою И этим шкуру спас свою. Тебя назвать я не берусь Одним коротким словом: трус.
Я взял бумагу, щепки, клей, Весь день сидел, потел, Бумажный змей — воздушный змей Я смастерить хотел.
Сила страстей – приходящее дело. Силе другой потихоньку учись. Есть у людей приключения тела. Есть приключения мыслей и чувств.
Этот сорт народа — тих и бесформен, словно студень, —
Хожу, гляжу в окно ли я цветы да небо синее,
Умирают друзья, умирают… Из разжатых ладоней твоих Как последний кусок забирают, Что вчера еще был — на двоих.
Он был красив, как сто чертей, Любил животных и детей, Имел любовниц всех мастей И был со всеми мил…
Я что-то часто замечаю, к чьему-то, видно, торжеству, что я рассыпанно мечтаю, что я растрепанно живу.
Еще вчера, — как снимок дилетанта, — Осенний день расплывчат был и слеп, А нынче скрупулезно и детально Его дорисовал внезапный снег.
Две руки у меня, И на каждой – пятерня! Пятерная! Пятерня! Выручаешь ты меня!
Она была так хороша собой, Что все мужчины с жаром каждый раз Любой каприз, любой ее приказ Бросались выполнять наперебой.
Мы с приятелем вдвоем Замечательно живем! Мы такие с ним друзья — Куда он,
Сорок трудный год. Омский госпиталь. Коридоры сухие и маркие. Шепчет старая нянечка: «Господи, До чего же артисты маленькие! »
Кружились белые березки, Платки, гармонь и огоньки, И пели девочки-подростки На берегу своей реки.
Дарья Власьевна, соседка по квартире, сядем, побеседуем вдвоем. Знаешь, будем говорить о мире, о желанном мире, о своем.
Шиpока стpана моя pодная, Много в ней лесов полей и pек. Я дpугой такой стpаны не знаю, Где так вольно дышит человек.
Под невыплакавшейся ивой я задумался на берегу: как любимую сделать счастливой? Может, этого я не могу?
1 Собирайтесь, ребятишки, наберите в руки книжки. Вас
И убивали, и ранили пули, что были в нас посланы. Были мы в юности ранними, стали от этого поздними.
Уходите, мысли, во-свояси. Обнимись, души и моря глубь. Тот,
Издатель славный! В этой книге Я новым чувствам предаюсь, Учусь постигнуть в каждом миге Коммуной вздыбленную Русь.
Другие уводят любимых, — Я с завистью вслед не гляжу. Одна на скамье подсудимых Я скоро полвека сижу.
В долинах уснувшие села Осыпаны липовым цветом. Иду по дороге веселой, Шагаю по белому свету.
Челюскинцы! Звук – Как сжатые челюсти. Мороз их них прет, Медведь из них щерится.
Мы сняли куклу со штабной машины. Спасая жизнь, ссылаясь на войну, Три офицера — храбрые мужчины — Ее в машине бросили одну.
Всё было до меня: десятилетья того, что счастьем называем мы. Цвели деревья, вырастали дети,
Белые ночи — сплошное «быть может»... Светится что-то и странно тревожит — может быть, солнце, а может, луна. Может быть, с грустью, а может, с весельем,
Ну можно ли представить мир без шуток?! Да он без шуток был бы просто жуток!.. Когда на сердце холод, страх и тьма – Лишь юмор не дает сойти с ума!..
Мы рассуждаем про искусство. Но речь пойдет и о любви. Иначе было б очень скучно следить за этими людьми.
Пришли иные времена. Взошли иные имена. Они толкаются, бегут. Они врагов себе пекут,
Помнится, была весьма забавной Наша комсомольская любовь. Члены волостного комитета, Ехали на съезд мы. Вижу вновь
Павлиньим хвостом распущу фантазию в пестром цикле, душу во власть отдам рифм неожиданных рою. Хочется вновь услыхать, как с газетных столбцов зацыкали
Порою тяжек груз труда, Порою день рабочий труден, Но в камень рящит города Горячий пот рабочих буден.
— Пожалуй, не стоит вертаться. Давай заночуем в горах. Не хочется мне расставаться, прощаться с тобой второпях.
Дайте в руки мне гармонь Золотые планки! Парень девушку домой Провожал с гулянки.
На площади базарной, На каланче пожарной Круглые сутки Стоит солдат у будки.
И глупо звать его «Красная Ницца», и скушно звать
1 Резинотрест— защитник в дождь и слякоть. Без галош
Мало радостных слов нам оставило прошлое наше Отдадимте ж уста настоящего радостным гудам Жаждет радость советская звуков как полная чаша Да пробьется на свет красота
«В гробу, в обыкновенном темном костюме, в устойчивых, грубых ботинках, подбитых железом, лежит величайший поэт революции». («Однодневная газета», 24 апреля 1920 г.) В сапогах, подкованных железом, В сапогах, в которых гору брал –
Зерна огненного цвета Брошу на ладонь, Чтоб предстал он в бездне света Красный как огонь.
О, волны золота живого! Краса, которой нету слова, Живого золота равнина, – Подсолнечники Украины!
Откройте для себя богатство советской поэзии, отражающей эпоху, идеалы и культурные ценности Советского Союза. Насладитесь стихотворениями, воспевающими труд, героизм, патриотизм и мечты о светлом будущем.