151 Цветаева М. Иван Франко : Письмо любви
Настанет день, давно-давно желанный: Я вырвусь, чтобы встретиться с тобой, Порву оковы фальши и обмана, Наложенные низостью людской,
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о свободе, которые исследуют и воспевают желание человека к самовыражению и независимости. Эти произведения отражают различные аспекты свободы — от личной до общественной, подчеркивая её важность в нашей жизни и культуре.
Всего произведений в базе на эту тему: 320
Настанет день, давно-давно желанный: Я вырвусь, чтобы встретиться с тобой, Порву оковы фальши и обмана, Наложенные низостью людской,
От родимых сёл, сёл! – Наваждений! Новоявленностей! Чтобы поезд шел, шел, Чтоб нигде не останавливался,
Восстань, о Греция, восстань. Недаром напрягала силы, Недаром потрясала брань Олимп и Пинд и Фермопилы.
На солнце, на ветер, на вольный простор Любовь уносите свою! Чтоб только не видел ваш радостный взор Во всяком прохожем судью.
Там, где мильоны звезд-лампадок Горят пред ликом старины, Где звон вечерний сердцу сладок, Где башни в небо влюблены;
Ты знал ли дикий край, под знойными лучами, Где рощи и луга поблекшие цветут? Где хитрость и беспечность злобе дань несут? Где сердце жителей волнуемо страстями?
Заповедей не блюла, не ходила к причастью. – Видно, пока надо мной не пропоют литию, – Буду грешить – как грешу – как грешила: со страстью! Господом данными мне чувствами – всеми пятью!
Душно! без счастья и воли Ночь бесконечно длинна. Буря бы грянула, что ли? Чаша с краями полна!
Мне бой знаком – люблю я звук мечей; От первых лет поклонник бранной Славы, Люблю войны кровавые забавы, И смерти мысль мила душе моей.
По нагориям, По восхолмиям, Вместе с зорями, С колокольнями,
Исхудавший Волк, почти умиравший от голода, однажды повстречал Домашнюю Собаку, проходившую мимо. — Ах, кузен, — сказала Собака. — Я так и знал, чем это кончится. Твоя беспорядочная жизнь скоро тебя погубит. Почему бы тебе не работать, как я, и не получать пищу регулярно? — Я бы не возражал, — ответил Волк, — если бы только смог найти себе место.
Признак и состояние простого, неразвитого человека состоит в том, что он ищет и помощи, и вреда не в себе самом, а во внешних обстоятельствах. Признак и состояние философа — в том, что он ищет и помощь, и вред только в себе самом. Признаки же человека, достигшего успеха на этом пути, таковы: он никого не порицает, никого не хвалит, никого не обвиняет и ни на кого не жалуется; о себе самом он не говорит как о человеке значительном или знающем. Если в каком-либо деле он встречает препятстви
Уходите, мысли, во-свояси. Обнимись, души и моря глубь. Тот,
Здорово, Юрьев имянинник! Здорово, Юрьев лейб-улан! Сегодня для тебя пустынник Осушит пенистый стакан.
Не возьмешь моего румянца – Сильного – как разливы рек! Ты охотник, но я не дамся, Ты погоня, но я есмь бег.
(Михайловское, 1824) Издревле сладостный союз Поэтов меж собой связует: Они жрецы единых муз,
К тебе сбирался я давно В немецкий град, тобой воспетый, С тобой попить, как пьют поэты, Тобой воспетое вино.
Я сегодня опять услышал, Как тяжелый якорь ползёт, И я видел, как в море вышел Пятипалубный пароход.
Неволя! Истомила ты меня, Не отличаю дня от ночи. Мою надежду, сердца страсть Темница тягостная точит.
Вспомяните: всех голов мне дороже Волосок один с моей головы. И идите себе… – Вы тоже, И Вы тоже, и Вы.
Слышу гул и завыванье призывающих рогов, И я снова конквистадор, покоритель городов. Словно раб, я был закован, жил, униженный, в плену, И забыл, неблагодарный, про могучую весну.
На лире скромной, благородной Земных богов я не хвалил И силе в гордости свободной Кадилом лести не кадил.
Сыны снегов, сыны славян, Зачем вы мужеством упали? Зачем?.. Погибнет ваш тиран, Как все тираны погибали!..
Бараков цепи и песок сыпучий Колючкой огорожены кругом. Как будто мы жуки в навозной куче: Здесь копошимся. Здесь мы и живем.
Ты не могла иль не хотела Мою почувствовать истому, Свое дурманящее тело И сердце бережешь другому.
Скажи, парнасский мой отец, Неужто верных муз любовник Не может нежный быть певец И вместе гвардии полковник?
Что так шумна, бурна, Стремительна река, Хоть здесь ее волна В раскате широка?
Так — гармонических орудий Власть беспредельна над душой, И любят все живые люди Язык их темный, но родной.
Гречанка верная! не плачь, – он пал героем, Свинец врага в его вонзился грудь. Не плачь – не ты ль ему сама пред первым боем Назначила кровавый Чести путь?
Моя мать — злая кручина, Отцом же была мне — судьбина; Мои братья, хоть люди, Не хотят к моей груди
Горишь ли ты, лампада наша, Подруга бдений и пиров? Кипишь ли ты, златая чаша, В руках веселых остряков?
Утихла брань племен: в пределах отдаленных Не слышен битвы шум и голос труб военных; С небесной высоты, при звуке стройных лир, На землю мрачную нисходит светлый Мир.
Kennst du das Land… Wilh. Meist.[2] По клюкву, по клюкву, По ягоду, по клюкву…
Что видят они? – Пальто На юношеской фигуре. Никто не узнал, никто, Что полы его, как буря.
Как тихо стало в природе! Вся — зренье она, вся — слух. К последней, страшной свободе Склонился уже наш дух.
1 Если б ласточкой я был, Если б крыльями я бил, В час, когда рассвет блеснет
С утеса молодой орел Пустился на добычу; Стрелок пронзил ему крыло, И с высоты упал
Из строгого, стройного храма Ты вышла на визг площадей… – Свобода! – Прекрасная Дама Маркизов и русских князей.
Пышно и бесстрастно вянут Розы нашего румянца. Лишь камзол теснее стянут: Голодаем как испанцы.
Я восстал и вперед стал прокладывать путь, Верю в силу свою, дышит радостью грудь. Пусть немало преград на пути у меня, Нет, не жалуюсь я, не хочу отдохнуть.
Унылой колокола звон В вечерний час мой слух невольно потрясает, Обманутой душе моей напоминает И вечность, и надежду он.
Не моя печаль, не моя забота, Как взойдет посев, То не я хочу, то огромный кто-то: И ангел и лев.
Отворите мне темницу, Дайте мне сиянье дня, Черноглазую девицу, Черногривого коня.
Уединение: уйди В себя, как прадеды в феоды. Уединение: в груди Ищи и находи свободу.
Какие песни, милый мой, Когда вокруг лишь ненависти крики, А в сердце скорбь о глупости людской, Которою, как некой тьмой,
Когда обидой – опилась Душа разгневанная, Когда семижды зареклась Сражаться с демонами –
Что за мука и нелепость Этот вечный страх тюрьмы! Нас домой зовут, а мы Строим крепость.
Лечу я в небо, полон думы страстной, Сияньем солнца я хочу сиять. Лучи у солнца отниму я властно, На землю нашу возвращусь опять.
1 Недвижный страж дремал на царственном пороге, Владыка севера один в своем чертоге Безмолвно бодрствовал, и жребии земли
Теплой осени дыханье, Помавание дубов, Тихое листов шептанье, Восклицанье голосов
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о свободе, которые исследуют и воспевают желание человека к самовыражению и независимости. Эти произведения отражают различные аспекты свободы — от личной до общественной, подчеркивая её важность в нашей жизни и культуре.