51 Пушкин А. С. Генералу Пущину
В дыму, в крови, сквозь тучи стрел Теперь твоя дорога; Но ты предвидишь свой удел, Грядущий наш Квирога!
Погрузитесь в мощные и трогательные стихотворения о войне, передающие ужас, мужество и жертвы военного времени. Эти стихи сохраняют память о героических подвигах и страданиях людей.
Всего произведений в базе на эту тему: 448
В дыму, в крови, сквозь тучи стрел Теперь твоя дорога; Но ты предвидишь свой удел, Грядущий наш Квирога!
Касаясь трех великих океанов, Она лежит, раскинув города, Покрыта сеткою меридианов, Непобедима, широка, горда.
Занесенный в графу С аккуратностью чисто немецкой, Он на складе лежал Среди обуви взрослой и детской.
Разворачивайтесь в марше! Словесной не место кляузе. Тише, ораторы! Ваше
Терек воет, дик и злобен, Меж утёсистых громад, Буре плач его подобен, Слёзы брызгами летят.
Внимая ужасам войны, При каждой новой жертве боя Мне жаль не друга, не жены, Мне жаль не самого героя.
<I> 1 Во мгле языческой дубравы, В года забытой старины
Много нынче в памяти потухло, а живет безделица, пустяк: девочкой потерянная кукла на железных скрещенных путях.
Не с теми я, кто бросил землю На растерзание врагам. Их грубой лести я не внемлю, Им песен я своих не дам.
Я знаю, никакой моей вины В том, что другие не пришли с войны, В том, что они — кто старше, кто моложе — Остались там, и не о том же речь,
Как стыдно одному ходить в кинотеатры без друга, без подруги, без жены, где так сеансы все коротковаты и так их ожидания длинны!
I Уж в горах солнце исчезает, В долинах всюду мертвый сон, Заря блистая угасает,
Гарун бежал быстрее лани, Быстрей, чем заяц от орла; Бежал он в страхе с поля брани, Где кровь черкесская текла;
1 Река раскинулась. Течет, грустит лениво И моет берега. Над скудной глиной желтого обрыва
I Я как рубеж запомню вечер: декабрь, безогненная мгла, я хлеб в руке домой несла,
Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, А как зовут, забыл его спросить.
Его зарыли в шар земной, А был он лишь солдат, Всего, друзья, солдат простой, Без званий и наград.
Помните! Через века, через года,— помните! О тех,
Великий день Бородина Мы братской тризной поминая, Твердили: "Шли же племена, Бедой России угрожая;
Мне снится старый друг, который стал врагом, но снится не врагом, а тем же самым другом.
Мама! Тебе эти строки пишу я, Тебе посылаю сыновний привет, Тебя вспоминаю, такую родную, Такую хорошую — слов даже нет!
Тот самый длинный день в году С его безоблачной погодой Нам выдал общую беду На всех, на все четыре года.
Неправда, друг не умирает, Лишь рядом быть перестает. Он кров с тобой не разделяет, Из фляги из твоей не пьет.
Велик, богат аул Джемат, Он никому не платит дани; Его стена — ручной булат; Его мечеть — на поле брани.
Чудесный жребий совершился: Угас великой человек. В неволе мрачной закатился Наполеона грозный век.
Я только раз видала рукопашный. Раз – наяву и сотни раз во сне. Кто говорит, что на войне не страшно, Тот ничего не знает о войне.
1 Славно начато славное дело В грозном грохоте, в снежной пыли, Где томится пречистое тело
Я читаю письмо, что уже пожелтело с годами. На конверте в углу номер почты стоит полевой. Это в сорок втором мой отец написал моей маме Перед тем, как идти в свой последний, решительный бой.
Расцветали яблони и груши, Поплыли туманы над рекой. Выходила на берег Катюша, На высокий берег на крутой.
Когда в тоске самоубийства Народ гостей немецких ждал, И дух суровый византийства От русской церкви отлетал,
Когда ты по свистку, по знаку, Встав на растоптанном снегу, Готовясь броситься в атаку, Винтовку вскинул на бегу,
Белое солнце и низкие, низкие тучи, Вдоль огородов – за белой стеною – погост. И на песке вереница соломенных чучел Под перекладинами в человеческий рост.
Топчи их рай, Аттила. Вяч. Иванов Где вы, грядущие гунны, Что тучей нависли над миром!
(Лагерь при Евфрате). Не пленяйся бранной славой, О красавец молодой! Не бросайся в бой кровавый
По синим волнам океана, Лишь звезды блеснут в небесах, Корабль одинокий несется, Несется на всех парусах.
Глаза бойца слезами налиты, Лежит он, напружиненный и белый, А я должна приросшие бинты С него сорвать одним движеньем смелым.
Мы стояли у Москвы-реки, Теплый ветер платьем шелестел. Почему-то вдруг из-под руки На меня ты странно посмотрел -
Прежде — праздник деревенский, Нынче — осень голодна; Нет конца печали женской, Не до пива и вина.
Когда на смерть идут, — поют, а перед этим можно плакать. Ведь самый страшный час в бою — час ожидания атаки.
Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины, Как шли бесконечные, злые дожди, Как кринки несли нам усталые женщины, Прижав, как детей, от дождя их к груди,
Луч поляну осветил И ромашки разбудил: Улыбнулись, потянулись, Меж собой переглянулись.
И откуда Вдруг берутся силы В час, когда В душе черным-черно?..
Настанет год, России черный год, Когда царей корона упадет; Забудет чернь к ним прежнюю любовь, И пища многих будет смерть и кровь;
На краю деревни старая избушка, Там перед иконой молится старушка. Молится старушка, сына поминает, Сын в краю далеком родину спасает.
Воспоминаньями смущенный, Исполнен сладкою тоской, Сады прекрасные, под сумрак ваш священный Вхожу с поникшею главой.
Я видел сон — как бы оканчивал из ночи в утро перелет. Мой легкий сон крылом покачивал, как реактивный самолет.
Эльга, Эльга! — звучало над полями, Где ломали друг другу крестцы С голубыми, свирепыми глазами И жилистыми руками молодцы.
I see before me the gladiator lie... Byron Ликует буйный Рим... торжественно гремит Рукоплесканьями широкая арена:
И та, что сегодня прощается с милым, - Пусть боль свою в силу она переплавит. Мы детям клянемся, клянемся могилам, Что нас покориться никто не заставит!
Какая вдали земля Просторная, ненаглядная! Только моя тюрьма Темная и смрадная.
Погрузитесь в мощные и трогательные стихотворения о войне, передающие ужас, мужество и жертвы военного времени. Эти стихи сохраняют память о героических подвигах и страданиях людей.