Отрок Вячко

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Руальд — старый воин. Вячко (и) Бермята - отроки. Действие в 968 году, в Киеве, на городской стене, 1 ВЕЧЕР Руальд и Бермята. Р у а л ь д Ты прав, Бермята, больно худо нам: Есть нечего, пить нечего, и голод И жажда долго и жестоко нас Томят и мучат, и, вдобавок к ним, Еще и та невзгода, что Изок Стоит у нас необычайно жарок, И тих, и сух, и душен невтерпеж. Из края в край, небесный свод над нами Безветрен и безоблачен, и блещет, Как золотой, и солнце так и жжет Луга и нивы. С раннего утра До поздней ночи бродишь сам не свой; И ночью нет тебе отрады: ночь Не освежит тебя, не успокоит И спать тебе не даст, вертись и бейся Ты хоть до слез… такие ж точно дни, Такие ж ночи, помню я, бывали В земле Сиканской. Уф! какой там жар, И вспомнишь, так едва не задохнешься, — Нет, мне мороз сноснее: от него Уйдешь к огню и спрячешься в одежду. Не осовеешь; если ж летний жар Проймет тебя, так от него и в воду Ты не уйдешь: и в ней прохлады мало, И весь ты слаб и вял. Да, худо нам, И больно худо. Б е р м я т а И реку у нас Отрезали злодеи печенеги. Р у а л ь д Всё — ничего, лишь уповай на бога, Да не плошай, да не робей и сам. Б е р м я т а Оттерпимся, либо дождемся князя К себе домой из дальнего похода. Р у а л ь д Досадно мне, что Претич за Днепром Стоит и ждет того же. Что б ему Решиться и ударить, всею силой, На ратный стан поганых печенегов И к нам пробиться б. Что тут долго думать? Бог весть, когда дождемся Святослава? Б е р м я т а Поди, ему и невдомек про то, Как мы сидим в осаде, еле живы… Р у а л ь д А князь далеко и не может знать О нашем горе. Б е р м я т а Князю что до нас; Он Киева не любит, он его Забыл совсем, он променял свой Киев На чужеземный город, и живет Там весело — и хорошо ему! Ох, не люблю я князя Святослава. Р у а л ь д За что это? Б е р м я т а За то и не люблю, Что он живет не в Киеве. Р у а л ь д Ты молод, И многого нельзя тебе понять Своим умом; а я старик, я вижу Подалее, чем ты, молокосос! Что Святослав не нравится тебе, Так это, брат, печаль не велика, А я его любить не перестану: Он молодец! Б е р м я т а Мне что, что молодец! У нас их вдоволь: всякой рус — не трус! Ни ты, ни я нигде мы не уроним, Не выдадим отцовской славы… Солнце Давно за лес зашло, а нам на смену Никто нейдет… Р у а л ь д Знать, сходка задержала. Чья очередь? Б е р м я т а Да Вячки. Р у а л ь д Это он, Что приходил вчера сюда на стену? Он мне не полюбился: больно горд он, Его не тронь, — вишь, он новогородец, Так и спесив, и с ним не сговоришь; А парень бойкий! Б е р м я т а Это был не Вячко, А Спиря. Вячко тоже парень бойкий; Его ты, верно, знаешь: он тот самый Кудрявый, белокурый, быстроглазый, Что у Ильи-пророка, в расписной Избе, живет у тетки. Вячко мне Друг и названый брат; он родом Из-за Мещеры, из села Рязани. Р у а л ь д Так, помню, знаю, как его не знать? Я сам учил его стрелять из лука, Метать копьем; он малый хоть куда, Рязанец. Я всегда любил рязанцев, У нас в походе пятеро их было, И живо я их помню и теперь: Народ высокорослый, здоровенный, Народ мачтовый, строевой, люблю их. Б е р м я т а Вот Вячко! Ты, брат, легок на помине, Здорово! В я ч к о Я замешкался, я был На сходке. Слушай-ко, Бермята, Ведь ты мне брат, так сделай мне услугу. Б е р м я т а Изволь, готов и рад я хоть на смерть За своего. В я ч к о Останься на стороже Ты за меня, покуда я опять Сюда приду; я к утру ворочусь. Б е р м я т а Куда ж ты это? В я ч к о Вот куда! На сходке Судили и рядили старики О том, что-де нельзя ли как-нибудь За печенежский стан, к Днепру, а там Уж и за Днепр, и Претичу словцо Сказать, что нам давно уж силы нет Терпеть беду, — я вызвался; отец Виссарион благословил меня На славный подвиг. Я иду — прощай… Р у а л ь д Ах ты мой милый, ах ты удалец, Мой ученик! Дай мне тебя обнять; Храни тебя господь! (Обнимает Вячко.) Б е р м я т а Иди, мой Вячко! Смотри же ты… В я ч к о Не бойся! Я, брат, знаю, Что делаю, прощай. (Уходит.) Р у а л ь д (кричит вслед Вячке) Прощай, ты встретишь Фрелафа, так скажи ему, что мне Не надо смены. Б е р м я т а Что? каков мой брат? Р у а л ь д Надежный парень! и поверь ты мне, Ему удастся… Все они такие. :. Б е р м я т а Добрыня тоже родом из Рязани. (Помолчав.) Ты говорил про князя Святослава… Р у а л ь д И говорю, что люб мне Святослав, Он молодец; он со своей дружиной Запанибрата; ест, что мы едим, Пьет, что мы пьем, спит под открытым небом, Как мы: под головой седло, постеля — Седельный войлок. Ветер, дождь и снег Ему ничто. Ты сам, я чаю, слышал, Как он — тогда он был еще моложе, — Когда ходили наши на древлян, Бросался первый в битву. Ты увидишь: В нем будет прок; он будет государь Великий — и прославит свой народ. Да, Святослав совсем не то, что Игорь, Отец его, — будь он не тем помянут, — Князь Игорь был не добрый человек: Был непомерно падок на корысть! Ведь люди терпят, терпят, — наконец Терпенье лопнет… Б е р м я т а Мне княгиня Ольга Тем по сердцу, что бискупа Лаберта Из Киева прогнала… Р у а л ь д Слава ей, Что приняла она святую веру От греков. Б е р м я т а Почему же Святослав Не принял той же веры? Р у а л ь д Он бы рад, Да как ему? Нельзя ж ему перечить Своей дружине! Праведно и верно Ему дружина служит; за него Она в огонь и воду; крепко Стоит она за князя, так еще б он С ней ссорился… Бермята, я пойду На угловую башню; ты останься здесь И сторожи: не спи и не зевай. Давно уж ночь. Какая ночь, как день! 2 РАССВЕТ Руальд и Бермята. Р у а л ь д Прекрасный остров, дивная земля, Всем хороша. Не слушаешь, товарищ? Кажись, тебя осиливает сон. Б е р м я т а Нет, я не сплю, я слушаю тебя; Я никогда не пророню и слова Из твоего рассказа: сладко мне, Мне весело душой переноситься С тобой в твои отважные походы — В толпы бойцов, в тревоги боевые, В разгульный стан и братский шум и пир, В прохладные воинские ночлеги; В чужих полях, при блеске новых звезд, Летать с тобой в ладьях ветрокрылатых По скачущим, сверкающим волнам Безбрежного лазоревого моря, Или, в виду красивых берегов И городов невиданной земли, Причаливать — и тут же прямо в бой… Я слушаю. Р у а л ь д Сиканская земля Всем хороша: кругом ее шумит И блещет море, чисто и светло, Как синий свод безоблачного неба; На ней оливы, лавры, виноград И яблоки с плодами золотыми! И города из тесаного камня Обведены высокими стенами, Богатые и людные; и села, И села — все из тесаного камня, Богатые и краше, крепче наших Родимых деревянных городов И сел. — Одним она нехороша: Стоит на ней, на самой середине, Огромная, престрашная гора, Высокая-высокая, такая, Что верх ее до самого до неба Достал, и облака не залетают На верх ее, и в той горе огонь, — И есть жерло, и черный дым выходит Из той горы, и с той горой бывает Трясение — и молнию и жупел Она бросает из себя. В ту пору Находит страшный мрак на землю; ужас И трепет обнимает человека И зверя; люди вон из городов И сел бегут и, словно как шальные, Шатаются, и падают, и вопят! А из горы огонь столбом встает, Горячий пепел сыплется, и камень Растопленный течет, и потопляет Он целые долины и леса, И города и села; вся земля дрожит И воет; и подземный гром и гул Ревет; и нет спасенья человеку, Ни зверю… Б е р м я т а Как же там живут? Р у а л ь д Живут себе… Б е р м я т а Не весело ж там жить! Р у а л ь д Не весело там — ах ты голова! Ведь не всегда ж бывает там такое Трясение. Беды, брат, есть везде, И нет от них пощады никаким Странам; одно от всяких бед спасенье, Одно, везде, для всех людей одно Спасение: святая наша вера! Вот и на нас нашла теперь невзгода! Как быть, терпи… Б е р м я т а А Вячки нет как нет! Давно уж рассветало — где ж он?.. Р у а л ь д Ты, чай, слыхал, как на Царьград ходили Аскольд и Дир? Б е р м я т а Как не слыхать! А что?.. Р у а л ь д Свирепая, неслыханная буря Рассеяла и в море потопила Почти что всю ладейную их рать. Б е р м я т а И это знаю. Р у а л ь д Отчего ж та буря Взялась? Б е р м я т а Не знаю, не могу и знать. Р у а л ь д А я так знаю! — Вот как было дело: В то время был у греков царь негодный… Как бишь его? Василий? не Василий… Лев? нет, не Лев — какой он лев! Никифор? И не Никифор, — так вот и вертится На языке, а нет, не вспомню, — царь У греков был негодный, и такой Беспутный и смертельный лошадинник, И был он так безумен, что, бывало, Война уже под самые под стены Пришла к его столице, а ему И горя мало; он о том и слышать Не хочет; знай себе на скачке, у него Там день-деньской потеха: тьма народу, И шум, и пыль, и гром от колесниц — Бесперестанно… Б е р м я т а Посмотри: бежит! Ведь это Вячко! Точно, это он, Мой друг и брат мой… Входит Вячко. В я ч к о Знай же наших! Конец беде, уходят печенеги! Р у а л ь д Рассказывай! Б е р м я т а Рассказывай скорее! В я ч к о Я запыхался, я бежал сюда Что стало силы, — дайте мне вздохнуть… Ну, отдышался, — вот и хорошо… Вчера я в руки взял узду… и вышел Из города;тихонько я пробрался В стан печенегов и давай по стану Ходить; хожу, встречаю печенегов, Кричу им их собачьим языком: «Не видел ли кто моего коня?» А сам к Днепру, — и к берегу, и скоро Долой с себя одежду! — Бух — и поплыл. Злодеи догадались, побежали К Днепру толпами, и кричат, и стрелы В меня пускают. Наши увидали! И лодку мне навстречу, я в нее Прыгнул да был таков! И вышел Я на берег здоров и цел. Господь Спас и сберег меня. Сегодня, Как только что забрезжилась заря На небе, Претич поднял стан свой, И трубы затрубили; печенеги Встревожились, встревожился их князь И Претича встречает: что такое? «Веду домой передовой отряд, А вслед за мной со всей своею ратью Сам Святослав!» — сказал наш воевода. Перепугался печенежский князь И прочь идет от Киева со всею Своей ордой. Чу! трубы! Это наши! Идем встречать их. Б е р м я т а Славно, славно, брат! Р у а л ь д Спасибо, Вячко! Ты спасенье наше, Счастливый отрок, честь родной земли!