Иоганнисберг

Из гор, которыми картинный рейнский край Гордится праведно, пленительный как рай, Которых имена далеко и далеко По свету славятся, честимые высоко, И радуют сердца, и движут разговор На северных пирах, — одна из этих гор, Не то чтоб целостью громадных стен и башен Старинных верх ее поныне был украшен, Не то чтоб рыцарей, гнездившихся на ней, История была древнее и полней, Была прекраснее воинская их слава, — Одна из этих гор, она по Рейну справа, Вдали от берегов, но с волн его видна, Иванова гора, достойно почтена Всех выше славою: на ней растет и зреет Вино первейшее; пред тем вином бледнеет Краса всех прочих вин, как звезды пред луной. О! дивное вино! Струею золотой Оно бежит в стакан, не пенно, не игриво, Но важно, весело, величественно, живо, И охмеляет нас и нежит, так сказать, Глубокомысленно. Такая благодать, Что старец, о делах минувших рассуждая, Воспламеняется, как радость молодая, Припомнив день и час, когда он пил его В кругу друзей, порой разгула своего, Там, там, у рейнских вод, под липою зеленой… Такая благодать, что внук его ученый Желал бы на свои студентские пиры, Хоть изредка, вина с Ивановой горы.