Белая свитка и алый кушак, Рву я по грядкам зардевшийся мак.
Громко звенит за селом хоровод, Там она, там она песни поет.
Помню, как крикнула, шигая в сруб: «Что же, красив ты, да сердцу не люб.
Кольца кудрей твоих ветрами жжет, Гребень мой вострый другой бережет».
Знаю, чем чужд ей и чем я не мил: Меньше плясал я и меньше всех пил.
Кротко я с грустью стоял у стены: Все они пели и были пьяны.
Счастье его, что в нем меньше стыда, В шею ей лезла его борода.
Свившись с ним в жгучее пляски кольцо, Брызнула смехом она мне в лицо.
Белая свитка и алый кушак, Рву я по грядкам зардевшийся мак.
Маком влюбленное сердце цветет… Только не мне она песни поет.
