Мы сквозь ресницы все еще смеемся, Друг другу глядя в жаркие зрачки, Друг друга любим, но не признаемся В любви своей. Какие чудаки!
Я все еще влюбленными глазами Твой взгляд ловлю, слежу твои мечты. Меня испепеляет это пламя. Скажи по совести: как терпишь ты?
Лишь гляну я, и, верно, из кокетства Ты неприметно мне грозишь в ответ. Ну и шалунья, ну и молодец ты! Будь счастлива, живи сто тысяч лет!
– Ну как дела твои, Муса? – Чудесно! – Отвечу я, и кончен разговор. Лишь говорят глаза, что сердцу тесно, Что мы лишились речи с неких пор.
Твой взгляд, как дождь в засушливое лето. Твой взгляд, как солнце в пасмурный денек. Твой взгляд – веселый вешний праздник света. Лишь глянешь ты, и я не одинок.
Твои ресницы... Ох, твои ресницы! – Густая туча раскаленных стрел! Твои зрачки мерцают, как зарницы... Я, попросту сказать, пропал, сгорел.
Душа не верит горестной судьбе, Я весь горю, я изнемог в борьбе, Приходит вечер – я тобою полон, А рассветет – тоскую по тебе.
Нет, не забыть мне, видно, милый друг, Прикосновенья теплых, нежных рук. И теплится во мне неугасимо Тоска глухая – спутница разлук.
Уносит годы времени поток... Покамест жизни не увял цветок, О, если б мне увидеться с тобою, Чтоб допылать, чтоб долюбить я мог!
Хотел бы я прильнуть к устам родным, К твоим губам, горячим и хмельным, А там – хоть смерть!.. Пускай умру я с песней, Испепеленный пламенем твоим.
