За стенами старого аббатства — Мне рассказывал его привратник — Что ни ночь творятся святотатства: Приезжает неизвестный всадник,
В чёрной мантии, большой и неуклюжий, Он идёт двором, сжимая губы, Медленно ступая через лужи, Пачкает в грязи свои раструбы.
Отодвинув тяжкие засовы, На пороге суетятся духи, Жабы и полуночные совы, Колдуны и дикие старухи.
И всю ночь звучит зловещий хохот, В коридорах гулких и во храме, Песни, танцы и тяжёлый грохот Сапогов, подкованных гвоздями.
Но наутро в диком шуме оргий Слышны крики ужаса и злости. То идёт с мечом святой Георгий, Что иссечен из слоновой кости.
Видя гневно сдвинутые брови, Демоны спасаются в испуге, И на утро видны капли крови На его серебряной кольчуге.
