Здесь, где миры спокойны, Где смолкнут в тишине Ветров погибших войны, Я вижу сны во сне: Ряды полей цветущих, Толпы людей снующих, То сеющих, то жнущих, И всё, как сон, во мне.
Устал от слез и смеха, От суеты людской: Ведь суета помеха Для жизни неземной. А здесь весь мир беззвучен; Я временем измучен, От радости отучен, Люблю тебя, покой.
Здесь жизнь и смерть — соседки, А там в тумане ждут Больных теней их предки, А корабли плывут, Куда плывут не зная, Причалить не желая, Но влажных ветров стая И волны их несут.
Здесь не манят долины, Ни рощи, ни лужок, Лишь лозы Прозерпины Да блекнущий цветок, Обвеянный ветрами. Она готовит с нами Смертельными руками Смертельный, пьяный сок.
Мы ничему не внемлем, Нам ничего не жаль; Кивая, тихо дремлем, Глядя в пустую даль. И, как душа больная, Вне ада и вне рая, В тумане исчезая, Плывет из тьмы печаль.
И тот, в ком много силы, Тот должен смертью жить, Изведать мрак могилы, О жизни не тужить. Печальный жребий ясен Того, кто так прекрасен, И щит любви напрасен, А хочется любить.
Парит Она, летая, С увенчанной главой, Всё смертное сбирая Бессмертною рукой. Как страсть — Она пугает, Как страсть — Она ласкает, Людей Она встречает Безжалостной косой.
Идет любовь и вянет, И вянет навсегда, Сюда же время манит Погибшие года. Убиты сны годами, А лепестки снегами, Листы взяты ветрами, От лета нет следа.
Пленительны печали, И радость только бред, И что сейчас встречали, Того уж завтра нет. Вот вздохи Афродиты: «О счастье, подожди ты!» Но эти сны разбиты, Возможен ли ответ?
От жизни излечившись, От счастья и от ран; Спокойствия добившись, Мы шлем богам пэан За то, что Смерть навеки Закроет смертных веки, Устав, вольются реки Куда-нибудь в лиман.
Здесь солнце не проснется Для гаснущих очей, Вода не встрепенется, Ни звуков, ни лучей… Не надо песен чудных, Забот пустых и трудных, Лишь снов нам непробудных Да дремлющих ночей.
