«Что шумишь, качаясь, Тонкая рябина, Низко наклоняясь Головою к тыну?» —
«С ветром речь веду я О своей невзгоде, Что одна расту я В этом огороде.
Грустно, сиротинка, Я стою, качаюсь, Что к земле былинка, К тыну нагибаюсь.
Там, за тыном, в поле, Над рекой глубокой, На просторе, в воле, Дуб растёт высокий.
Как бы я желала К дубу перебраться; Я б тогда не стала Гнуться и качаться.
Близко бы ветвями Я к нему прижалась И с его листами День и ночь шепталась.
Нет, нельзя рябинке К дубу перебраться! Знать, мне, сиротинке, Век одной качаться».
