101 Есенин С. Каждый труд благослови, удача!..
Каждый труд благослови, удача! Рыбаку — чтоб с рыбой невода, Пахарю — чтоб плуг его и кляча Доставали хлеба на года.
Погрузитесь в мир ностальгических стихотворений, которые пробуждают воспоминания о прошлом и вызывают теплые чувства. Откройте для себя поэзию, полную воспоминаний и меланхолии.
Всего произведений в базе на эту тему: 282
Каждый труд благослови, удача! Рыбаку — чтоб с рыбой невода, Пахарю — чтоб плуг его и кляча Доставали хлеба на года.
Сыплет дождик большие горошины, Рвется ветер, и даль нечиста. Закрывается тополь взъерошенный Серебристой изнанкой листа.
Ясное утро не жарко, Лугом бежишь налегке. Медленно тянется барка Вниз по Оке.
Встретим пришельца лампадкой, Тихим и верным огнем. Только ни вздоха украдкой, Ни вздоха о нем!
Дома до звезд, а небо ниже, Земля в чаду ему близка. В большом и радостном Париже Все та же тайная тоска.
Нет, я не изменил. До старости глубокой Я тот же преданный, я раб твоей любви, И старый яд цепей, отрадный и жестокой, Еще горит в моей крови.
Был и я среди донцов, Гнал и я османов шайку; В память битвы и шатров Я домой привез нагайку.
С фонарем обшарьте Весь подлунный свет! Той страны на карте – Нет, в пространстве – нет.
Тем не менее приснилось что-то. ...Но опять колесный перестук. После неожиданного взлета я на землю опускаюсь вдруг.
Тебе, Кавказ, суровый царь земли, Я cнова посвящаю стих небрежный. Как сына, ты его благослови И осени вершиной белоснежной.
Тебе, Кавказ, суровый царь земли, Я посвящаю снова стих небрежный. Как сына, ты его благослови И осени вершиной белоснежной;
Я видел вас: холмы и нивы, Разнообразных гор кусты, Природы дикой красоты, Степей глухих народ счастливый
Когда-нибудь, прелестное созданье, Я стану для тебя воспоминаньем. Там, в памяти твоей голубоокой, Затерянным – так далеко́-далёко.
Ты ль передо мною, Делия моя! Разлучен с тобою — Сколько плакал я!
Прощай, родная пуща, Прости, златой родник. Плывут и рвутся тучи О солнечный сошник.
Дверь полуоткрыта, Веют липы сладко… На столе забыты Хлыстик и перчатка.
Когда так радостно, так нежно Глядела ты в глаза мои И лобызал я безмятежно Ресницы длинные твои;
Под небом голубым страны своей родной Она томилась, увядала… Увяла наконец, и верно надо мной Младая тень уже летала;
Ты помнишь дворец великанов, В бассейне серебряных рыб, Аллеи высоких платанов И башни из каменных глыб?
На губках смех, в сердечке благодать, Которую ни светских правил стужа, Ни мненья лед не властны заковать. Как сладко жить! Как сладко танцевать
На склоне гор, близ вод, прохожий, зрел ли ты Беседку тайную, где грустные мечты Сидят задумавшись? Над ними свод акаций: Там некогда стоял алтарь и муз и граций,
…«но ведь есть каток»… Письмо 17 января 1910 Каток растаял… Не услада За зимней тишью стук колес.
Дорогой дружище Миша, Ты как вихрь, а я как замять, Сбереги под тихой крышей Обо мне любовь и память.
Zauberei der ersten Liebe!.. Wieland. Дубравы, где в тиши свободы Встречал я счастьем каждый день,
Сердце билось, смертно тоскуя, Целый день я бродил в тоске И мне снилось ночью: плыву я По какой-то большой реке.
Я закрыл «Илиаду» и сел у окна. На губах трепетало последнее слово. Что-то ярко светило — фонарь иль луна, И медлительно двигалась тень часового.
Минувших дней очарованье, Зачем опять воскресло ты? Кто разбудил воспоминанье И замолчавшие мечты?
Сильнее гул, как будто выше – зданья, В последний раз колеблется вагон, В последний раз… Мы едем… До свиданья, Мой зимний сон!
Мы вспоминаем тихий снег, Когда из блеска летней ночи Нам улыбнутся старческие очи Под тяжестью усталых век.
О грёзах юности томим воспоминаньем, С отрадой тайною и тайным содроганьем, Прекрасное дитя, я на тебя смотрю... О, если б знало ты, как я тебя люблю!
Быть может, уж недолго мне В изгнаньи мирном оставаться, Вздыхать о милой старине И сельской музе в тишине
Кто видел край, где роскошью природы Оживлены дубравы и луга. Где весело шумят <и> блещут воды И мирные ласкают берега,
Не привлекай меня красой! Мой дух погас и состарелся. Ах! много лет, как взгляд другой В уме моем напечатлелся!..
Старинный друг! Тебя я вижу вновь Чрез долгую и хладную Разлуку.
Могу ли не вспомнить я Тот запах White-Rose[*] и чая, И севрские фигурки Над пышащим камельком…
Никогда я не забуду ночи, Ваш прищур, цилиндр мой и диван. И как в Вас телячьи пучил очи Всем знакомый Ванька и Иван.
Как много забвением темным Из сердца навек унеслось! Печальные губы мы помним И пышные пряди волос,
Он прав — опять фонарь, аптека, Нева, безмолвие, гранит… Как памятник началу века, Там этот человек стоит —
И так всегда. За пьяною пирушкой, Когда свершается всех дней круговорот, Любой из нас, приподнимая кружку, В неё слезу нечаянно прольёт.
Там небеса и воды ясны! Там песни птичек сладкогласны! О родина! все дни твои прекрасны! Где б ни был я, но все с тобой
Хочу я завтра умереть И в мир волшебный наслажденья, На тихой берег вод забвенья, Веселой тенью отлететь…
Он был весной своей В земле обетованной, И много славных дней Провёл в тревоге бранной.
Я не крушуся о былом, Оно меня не усладило. Мне нечего запомнить в нем, Чего б тоской не отравило!
Нынче век электроники и скоростей. Нынче людям без знаний и делать нечего. Я горжусь озареньем ума человечьего, Эрой смелых шагов и больших идей.
Какая странная нега В ранних сумерках утра, В таяньи вешнего снега, Во всём, что гибнет и мудро.
…И снилось мне, что мы, как в сказке, Шли вдоль пустынных берегов Над диким синим лукоморьем, В глухом бору, среди песков.
Под смутный говор, стройный гам, Сквозь мерное сверканье балов, Так странно видеть по стенам Высоких старых генералов.
До Эйфелевой – рукою Подать! Подавай и лезь. Но каждый из нас – такое Зрел, зрит, говорю, и днесь,
Когда порой воспоминанье Грызет мне сердце в тишине, И отдаленное страданье Как тень опять бежит ко мне;
Погрузитесь в мир ностальгических стихотворений, которые пробуждают воспоминания о прошлом и вызывают теплые чувства. Откройте для себя поэзию, полную воспоминаний и меланхолии.